«Аналитическая записка ФСБ-ГРУ», или как Беларусь пережила учения «Запад-2017»


Корреспондент belsat.eu Игорь Ильяш, который вместе с Екатериной Андреевой освещал учения «Запад-2017», беседовал с военными и жителями соседних с полигонами населенных пунктов, делится своими впечатлениями от маневров и предлагает поразмышлять, как их оценили в Кремле.

Лукашенко на Борисовском полигоне

Учения «Запад-2017» обошлись без аннексии Беларуси, новой агрессии против Украины или Третьей мировой войны. В этом смысле результаты маневров выглядят немного бедновато. Но если рассматривать «Запад-2017» как проверку для Беларуси, то недостатка фактуры для аналитики не будет. Причем не только той аналитики, которую публикуют в СМИ.

Известно, что свои выводы из таких масштабных военно-политических событий делают и спецслужбы. Давайте же попробуем представить себе, какой была бы аналитическая записка ФСБ или ГРУ РФ по поводу белорусского аспекта учений «Запад-2017».

1. Отношение к российским военным среди основной массы населения Беларуси либо подчеркнуто лояльное либо абсолютно безразличное.

Объездив все белорусские населенные пункты у мест проведения учений «Запад-2017» могу сказать, что я почти не встретил людей, которые бы негативно воспринимали приезд российских военных. Люди в деревнях или районных центрах могли сетовать на некоторые ограничения (запрет на сбор грибов и ягод на полигоне, комендантский час и др.), но относились к этому все же с пониманием. «Надо так надо», — наиболее популярный ответ моих собеседников на вопрос о белорусско-российских маневрах. Встречались, конечно, и более одиозные ответы типа «мы же братья» и «у нас единая вера», но в основном отношение было абсолютно безразличное. Учения особо не зацепили людей, а разбираться в том, зачем проводятся такие маневры, останется ли здесь российская армия и вообще представляет ли она какую-то угрозу для Беларуси никто даже и не думал. И ничего удивительного, честно говоря, в этом нет: с чего бы рассуждали о большой политике жители деревни Дретунь, где есть обычные проблемы со связью и электричеством, закрыта железнодорожная станция и не хватает работы?

Деревня Дретунь

 

2. Гражданское общество очень слабое и не способно мобилизоваться на антироссийские протесты даже в тех случаях, когда давление на них не оказывается.

Триста человек на митинге Николая Статкевича против учений «Запад-2017» — это, безусловно, очень плохая картинка для внешнего наблюдателя. Среди белорусских аналитиков высказывались разные мнения по поводу того, почему власти не стали арестовывать Статкевича и разгонять демонстрацию. Среди них звучало и такое: Минск, мол, специально хотел показать Москве, что в стране есть те, кто готов оказать сопротивление России. По моему мнению, власти прекрасно понимали, сколько человек выйдет на Октябрьскую площадь и не мешали демонстрантам, чтобы выслать Москве совсем другой месседж: любые обвинения в русофобии в Беларуси беспочвенны, против Кремля выступает лишь «кучка маргиналов».

КПП в Глубоком

 

3. Общественный контроль отсутствует, никакого наблюдения за перемещением российских военных на территории Беларуси не велось.

Мое главное впечатление от «Запада-2017» — это станция Верейцы под Осиповичами, где в августе разгружались, а теперь загружаются в эшелоны российские военные. Когда мы впервые ехали на место разгрузки российской техники, то я ожидал увидеть скрытую от глаз площадку, на дальних подступах к которой нас встретит милицейское оцепление.

Реальность была совершенно иной. Никакого оцепления там фактически не было, к российским военным можно было свободно подходить и общаться с ними. Выгрузка и загрузка российской техники происходила напротив просторного здания местного вокзала, где есть зал ожидания и билетная касса. Станция во время учений работала в обычном режиме — то есть пассажирские электрички, которые ходят здесь каждый час, останавливались непосредственно у российской техники, которую можно было свободно фотографировать и снимать, не рискуя быть задержанным. Кроме того, непосредственно к железной дороге примыкает деревня Верейцы, откуда также видно все, что происходит на станции.

Российские САУ в Верейцах

 

То есть площадка с российскими военными просматривается со всех сторон на 100 процентов, техника там была как на ладони (говорят, что что-то подобное было и под Борисовом). В таких условиях количество российских военных и танков, прибывших в Беларусь, можно было бы подсчитать с математической точностью — надо было просто провести 24-часовую вахту из общественных активистов на станции Верейцы. Но никто даже не попытался это сделать, поэтому компания по общественному наблюдению за учениями осталась в Беларуси делом исключительно виртуальным. Невольно в голову приходят слова контрактника Кантемировской дивизии: «Если бы мы хотели вас оккупировать — мы бы оккупировали и вы даже не поняли бы ничего. Просто ходили бы потом и офигевали, что стали россиянами».

А на самом деле, как бы мы это поняли? Надежда разве только на сводки Минобороны…

4. Белорусские власти не имеют даже элементарных представлений о принципах ведения информационной войны. Государственные СМИ и пресс-службы не способны оперативно реагировать на вбросы и вообще не считают необходимым это делать.

Танки Кантемировской дивизии на станции Верейцах

Историю с «маршем» 1-й российской танковой армии на Беларусь в первый день учений следует считать образцовым примером информационной провокации. Потом, напомню, появилась информация о перебрасывании псковских, ивановских и тульских десантников в неизвестном направлении и только через четыре (!) часа независимые журналисты вытащили из пресс-службы Минобороны Беларуси опровержение российского фейка. Сейчас это воспринимается просто как игра на нервах Лукашенко и белорусского общества, но подобные вбросы могут нести и вполне конкретный практический смысл. Представьте себе, что сразу после информации о «танковом марше на Беларусь» кремлевские СМИ распространили бы фейк о том, что белорусские воинские части одна за другой вывешивают российские флаги, местные власти разбегаются, а правоохранители переходят на сторону России (а танки при этом точно бы шли на Беларусь). Представьте себе, какая паника охватила бы белорусское обществом, до какой степени были бы дезориентированы местные власти, силовики и те же военные за те четыре часа, которые нужны пресс-службе Минобороны для того, чтобы проснуться и опровергнуть фейк. Кстати, из истории мы знаем много примеров, когда недостаток правдивой информации приводил к эпохальным событиям.

Станция Верейцы

 

5. Даже политически активная часть общества в российскую угрозу не верит, всерьез ее не воспринимает, поэтому на быструю реакцию в случае обострения ситуации рассчитывать не стоит.

Насыщенная жизнь «Вейшнории» в социальных сетях сама по себе тема для большого исследования социально-психологических особенностей белорусского общества, его слабых местах и инструментов для манипуляций на вопросы национального сепаратизма. Но для начала подобный уход из реальности прекрасно доказывает, что в российскую угрозу (о чем гражданское общество активно говорит со времен аннексии Крыма) всерьез никто не верит. Фейсбук даже активнее обсуждал вторжение Саакашвили в Украину, чем российские танки под Борисовом.

Вертолет у Домановского полигона

***
Известно, что все эти тезисы — существенное упрощение. На самом деле мы, безусловно, имеем более сложную картину. Но снаружи все выглядит именно так. Это хороший повод задуматься: а что на самом деле было бы с нами, если бы марш 1-й танковой армии не был фейком?

Игорь Ильяш/ИЧ, belsat.eu

Смотрите также
Комментарии