Запретить «скандализацию правосудия». Как еще ограничат журналистов в России

Критикуешь решение суда в СМИ? Будь готов за это ответить. Совет судей России предложил ввести ответственность за цитата «умаление авторитета судебной власти и необоснованную критику, подрывающую доверие к суду». Сообщает издание «Ведомости». Накануне новых приговоров по »Московскому делу«, которое вызывает много критики, это не показалось удивительным. Судьи, однако, сделали шаг назад.

Возможно, скоро о суде в России, как о мёртвых – или хорошо, или никак, или рискуя быть наказанным. Совет судей предложил ввести ответственность для журналистов за дискредитацию судебной власти, её критику и умаление ее авторитета.

К вечеру, правда, судья Верховного суда Виктор Ломотов заявил, что совет отказался от идеи наказывать СМИ за «скандализацию правосудия» – такое определение появилось в рабочей версии концепции инфополитики судебной системы. Она-то и оказалась в распоряжении издания «Ведомости». Ранее идею раскритиковали в правительстве.

«Судебную власть дискредитируют не столько журналисты, сколько собственные представители. Ссылаться на прессу очень удобно. Похоже, что она сегодня всем мешает, кроме плохих танцоров», – заявил замминистра связи РФ Алексей Волин.

Однако идеи о введении нового ограничения для журналистов вызвали волнение в профессиональном сообществе – и без того функционирующего в России в системе ограничений и запретов.

«Любой такой закон может быть применен настолько неопределенно, что, с одной стороны позволяет злоупотреблять судам или правоохранительным органам таким законом, а юристам не просто мешает работать, но делает их работы бессмысленной, потому что нет того мерила, с которым ты будешь соизмерять работу своего доверителя», – говорит старший юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова.

Также ситуация выглядит с новым законом о СМИ-иностранных агентах, уже вступившим в силу. Теперь СМИ-иноагентом может стать и физлицо, получающее иностранные деньги и активное в соцсетях или СМИ. А сегодня Госдума в окончательном третьем чтении приняла законопроект о введении штрафов до 80 тысяч долларов за нарушение этого закона.

«Это такие превентивные меры – мы на всякий случай принимаем законы, если они нам понадобятся – мы будет этим пользоваться. Любому юристу и правоведу понятно, что физическое лицо не может быть признано продуктом деятельности – иностранным СМИ. И совершенно невообразимым является обязанность этого физического лица зарегистрировать юрлицо. И таких законов в последнее время много», – считает Кузеванова.

Например, оскорбление власти в России давно регулируется Уголовным кодексом, но одновременно существует закон, позволяющий наказывать за неуважение власти активных пользователей соцсетей и журналистов. Достаточно и норм, регулирующих взаимодействие сотрудников СМИ с судьями.

«Когда происходят какие-то скандальные судебные процессы, о судьях говорится много неприятных слов. Если можно обижаться, что в тебя бросили пластиковой бутылкой и считать это уголовным преступлением, то почему нельзя обидеться, если про тебя написали не очень вежливо, какой ты судья. Я понимаю, что людям обидно, наверное, читать, когда их ругают, но они выбирались на публичные должности и должны бы спокойнее относиться к этому», – рассказывает глава информационно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский.

Тем более, что с доверием к суду в России бывает по-разному. По данным опроса Левада-центра, проведенного осенью, судам в России не доверяет более половины населения. А как утверждает ВЦИОМ, большинство россиян верят, что успех в суде зависит от конкретного дела. Говорят жители Москвы:

«Судился 2-3 года сам, с помощью адвокатов, сам разбирался. Решения на мой взгляд были справедливыми. Наблюдаю за другими процессами – везде судьи обосновывают свои решения».

«Доверяете суду в России? – Не очень. Ой. слава богу, мне не приходилось с ними иметь дела, но судя по тому, что я вижу по телевизору, читают в газетах, как-то…».

Все чаще заводятся уголовные дела против журналистов. Вскоре прозвучит приговор в отношении псковской журналистки Светланы Прокопьевой. Ее обвиняют в оправдании терроризма за программу о теракте в здании архангельского ФСБ. Правозащитники говорят, что нередки дела о клевете и более абсурдные ситуации.

«В 2010 году Верховный суд объяснял, что цитирование не должно вменяться СМИ, если оно оформлено как цитата, но это происходит сплошь и рядом. Вплоть о том, что люди пишут репортаж о неприятном действии – человек свастику на синагоге нарисовал. И по неосмотрительности фотографию свастики воспроизводят. И оказываются наказанными наравне с теми, кто эту свастику рисовал», – считает Верховский.

О «травле» судьи Тверского райсуда Алексея Криворучко в прессе осенью заявлял Мосгорсуд. Именно Криворучко приговорил актера Павла Устинова к трем годам колонии по «московскому делу», затем ему заменили срок на условный. К ответственности тогда никого из журналистов не привлекли. Но, возможно, задумались, о новых правовых нормах.

Маша Макарова, Максим Гаранин belsat.eu

Фото: Maxim Shemetov / Reuters

Другие материалы

В России снова обыски у журналистов

Новости стран СНГ

В Петербурге сгорел комплекс исторических зданий. Возможен поджог

«Он пример для подражания». Морской пехотинец Алексей Годзенко вспоминает погибшего на Донбассе отца

Полный выпуск «Вот так»

Турцию закрыли для российских туристов

За заявку – в тюрьму?

Захват админзданий и оккупация украинских городов. Семь лет назад началась война в Донбассе