Стрелять нельзя помиловать

Александр
Денисов

«Сотрудники внутренних дел и военнослужащие Внутренних войск в случае необходимости будут применять спецсредства и боевое оружие», – заявил заместитель министра внутренних дел Беларуси Геннадий Казакевич, отметив, что «протесты стали организованными и очень радикальными».

Интересно, что заявление вышло накануне начавшихся маршей пенсионеров. Дедушки и бабушки или еще не успели увидеть видеозаявления, или не испугались угроз.

Марш пенсионеров в Минске. 12 октября 2020 года. Фото: ТК / belsat.eu

В заявлении перечисляются «камни, бутылки, ножи и заточки», которые якобы использовались против силовиков 11 октября. Упоминаются баррикады и сожженые автомобильные покрышки. Для незаангажированного слушателя все выглядит действительно брутально. Радикалы захватывают улицы: может, действительно надо их остановить максимально жестко?

Что это: акт запугивания или реальная угроза начать стрельбу на улицах? Давайте разбираться. Прежде всего отметим радикализацию действий со стороны самих силовиков. С 9-11 августа не было таких брутальных разгонов. По официальным данным, 11 октября – 713 задержанных по всей стране, преимущественно в Минске. Во время задержаний людей снова сильно избивали, морально издевались. Во время холодной погоды активно использовали водометы. Некоторые водометы поливали людей покрашенной водой, чтобы обозначить протестующих. Не обошлось и без светошумовых гранатов. Можно просмотреть десятки видео, где видно, что насилие используется в отношении обычных граждан. Огромной толпы радикалов не видно. Вечером, действительно, больше активничали группировки молодых людей. Но, во-первых, их было мало, а во-вторых, пара горящих шин и баррикады из пластиковых ограждений (смешно их назвать таким термином) – повод ли это для боевых патронов?

Марш пенсионеров в Минске. 12 октября 2020 года. Фото: ТК / belsat.eu

Власти сейчас в патовой ситуации. Закрутишь гайки – плохо, открутишь – тоже не сахар. Между тем, кроме того, кроме как запугивать и репрессировать – ничего не остается. Любой диалог воспринимается как личная слабость. А возможен ли он уже? С каждым избитым и покалеченным перспектива какого-то разговора отдаляется все больше и больше. И с каждой новой эскалацией общественного конфликта – разделение в обществе увеличивается.

Протестный электорат, безусловно, имеет численное преимущество, а также сильную консолидацию. Но, как и прежде, большинство продолжает отсиживаться в домах. Тех, кто снимает на телефоны, больше, чем тех, кого снимают. На передовой – молодежь, часть интеллигенции, представители ІТ-сферы, индивидуальные предприниматели, небольшая часть спортсменов. Реальная мощь протеста – рабочие – так и не забастовали по-настоящему. На всех тюрем не хватит, но если действительно начнут стрелять из летального оружия?

11 октября в БСМП первым привезли юношу с пулей в носу

«Ябатьковский» электорат гораздо более неоднородный. Значительная часть чиновничества, например, всегда готова быстро перекраситься. Так было при всех режимах и во всех народах. Настоящей опорой сегодняшней власти остаются только силовики. В первую очередь те, что «погнали наших городских» по дворам и улицам. Им выдали карт-бланш на насилие и беззаконие. Да и задумываются ли они о том, что нарушают закон? Их командиры, думаю, что да. А вот основная масса «балаклавщиков», таких же молодых людей, как и их основные оппоненты, воспринимают все, кажется, как игру. Стена на стену. Сафари. Чемпионат по Counter-Strike. И если сегодня можно стрелять резиновыми пулями, то почему бы завтра не попробовать боевыми? «Стрелять нельзя помиловать» – запятую ставить не им, а тем, кто отдает приказы. И если запятая будет поставлена после первого слова, то сомнений у тех, кому придется выполнять приказ, к сожалению, не будет.

Алесь Денисов/МВ belsat.eu

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Другие материалы