После Дня Воли: сценарии для власти и оппозиции

Павел
Усов
Белорусский политолог и аналитик, доктор политических наук

25 марта в той или иной степени показало психологическое и политическое состояние общества и режима Лукашенко. Несмотря на 7 месяцев систематического террора и полувоенного положения в стране, внутреннее противостояние продолжается. Ни разрешить кризис репрессиями, ни заморозить конфликт в Беларуси власти не смогли. Вернуть страну в состояние авторитарной стабильности уже невозможно.

Конечно, трудно подготовить общество и направить его на революционные действия в условиях масштабного террора, особенно когда протест должен оставаться в рамках концепции мирного, ненасильственного противостояния. Трудно переломить ситуацию, если это не было сделано в момент наивысшего революционного подъема в августе-сентябре 2020 года.

Спецтехника для разгона массовых акций на улицах Минска. 25 марта 2021 года. Фото: BELAPAN / Reuters / Forum

Своеобразным механизмом для консолидации ресурсов и протестной энергии должно было стать голосование на платформе «Голос» по «переговорам». Но данная инициатива не стала и не была руководством к действию. Она скорее переориентировала внимание и ожидание общества в другую сторону, частично сняв ответственность с оппозиции за отсутствие ясной стратегии на 25-27 марта. В целом, итог голосования также нельзя рассматривать в качестве тактической победы Светланы Тихановской.

В свою очередь власти направили все свои ресурсы на то, чтобы предотвратить новую волну протеста, отдавая себе отчет в том, что угроза революции, дух революции никуда не исчез и в любой момент может обрести материальную форму.

Чтобы выжить, система вынуждена постоянно затягивать петлю террора, постоянно демонстрировать силу, вести регулярную войну. И здесь важно понять, что речь идет именно о выживании системы, а не о перспективах развития и стабильного существования. В свою очередь петля террора означает такое состояние режима, при котором ослабление давление и репрессий неминуемо означает политическую активизацию общества и разрушение режима. Терроризирую – следовательно существую. Вместе с тем функционирование государства в таких экстремальных условиях, когда любой день календаря может стать своего рода 25 марта, когда все институты служат лишь целям подавления, истощает ресурсы и подрывает систему.

Протесты на площади Независимости. 26 августа 2020 года. Фото: Света Фар / Belsat.eu

Террор так или иначе вызывает негодование, расширяет пространство сопротивления, так как такая политика эффективна только отчасти, она физически не уничтожает общество, а лишь его задавливает, сохраняя настроения и внутренний потенциал революционного взрыва. В Беларуси не может быть реализован сталинский принцип «нет человека – нет проблемы». Человек с его настроениями и активностью служит, даже в тюрьме, раздражителем дестабилизирующим фактором для системы. Соответственно атмосферу террора необходимо поддерживать постоянно, как и осуществлять аппаратные чистки.

Нынешнюю фазу политического противоборства в Беларуси можно охарактеризовать как институциональное противостояния. С одной стороны мы имеем институты террора, которые разрушают страну, с другой – политические инициативы новой Беларуси, сформировавшиеся летом-осенью 2020 года. Развитие независимых социально-политических институтов, расширение их авторитета и влияния как внутри страны, так и за рубежом, это единственное средство дальнейшей эффективной борьбы с режимом террора. Сейчас совершенно ясно, что для подрыва режима Лукашенко простой уличной активности недостаточно, хотя эта активность важна и нужна, тем не менее, только формирование реальных протогосударственных гражданских институтов новой Беларуси, будет способствовать окончательному подрыву авторитарной системы и сохранению потенциала перемен.

Павел Усов belsat.eu

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Другие материалы