Беларусь – не приоритет для Евросоюза. Интервью с польским политологом Войцехом Кононьчуком

Польша – главный зарубежный враг в понимании Александра Лукашенко: почему так сложилось? Как Варшава ответит на репрессии против лидеров польского меньшинства в Беларуси? Незаконный правитель Беларуси поделится властью или будет конституционная реформа? Почему переговоры между режимом и демократическими силами невозможны? Почему реакция США на события в Беларуси мягкая и где белорусский вопрос в списке приоритетов? Обо всем этом – в интервью Алины Ковшик с польским политологом Войцехом Кононьчуком, вице-директором польского правительственного Центра восточных исследований.

Польша сейчас главный внешний враг Александра Лукашенко?

Да, к сожалению. Это началось не в последние пару дней или недель. Началось в августе прошлого года. Надо смотреть глубже, потому что борьба режима Лукашенко с беларускими поляками началась в 2005 году. Действительно режиму Лукашенко нужен внешний враг. Польша очень подходящая для этого страна. К сожалению, Польша является одной из немногих стран в ЕС, которая поддерживает белорусское гражданское общество с самого начала. Это очень важно для Польши вне зависимости, кто в Польше премьер-министр, какая партия формирует правительство. Здесь заметна последовательная позиция польского государства, что по понятным причинам не нравится Лукашенко. Ему не нравится, что Польша поддерживает независимые СМИ, в том числе «Белсат», гражданское общество, студенческие программы. В том числе то, что в Польше живет и работает блогер Степан Путило, который тоже один из основных врагов режима Лукашенко. Этого удара, к сожалению, следовало ожидать.

Лукашенко приказал рассказать Западу о «польском реваншизме»

Что Польша может противопоставить этому удару со стороны Лукашенко, потому что сейчас в заложниках из польского меньшинства пять человек. Мы ждем, как их осудят. Что может сделать Польша, чтобы помочь деятелям польского меньшинства, но, в том числе всем беларусам? Мы прекрасно понимаем, что репрессии против белорусских поляков – это только часть всей махины репрессии, которая сейчас работает в Беларуси.

Я согласен, что на ситуацию в Беларуси надо смотреть не только через призму беларуских поляков, потому что они часть общества. Удар пошел в польское нацменьшинство, потому что они поляки, а также потому, что они часть гражданского общества Беларуси. Надо на все смотреть в большом контексте. Этот большой контекст – реакция ЕС на события в Беларуси с августа прошлого года. К сожалению, хоть ЕС и принял какие-то санкции, я бы назвал это мини-санкциями. Мы имеем список беларуских граждан, не въездных в ЕС, всего 88 человек и 7 небольших компаний, которые приближены к режиму. Мы их считаем кошельками режима. Это однозначно очень мягкий и недостаточный ответ, учитывая всю серьезность ситуации в Беларуси. Светлана Тихановская в одном интервью назвала это насмешкой. Я согласен, учитывая огромный уровень репрессий, это насмешка. Здесь конечно есть возможность действий и со стороны ЕС и со стороны Польши.

Она руководствуется принципом «если не я, то кто». Кто такая Анжелика Борис – председатель Союза поляков в Беларуси

Что может сделать Польша? Мы знаем, что Польша до сих пор очень вовлеклась в помощь гражданскому обществу, помощь беженцам. Но Польша не ввела свои собственные санкции. Готова ли теперь Польша в ответ на эти репрессии быстро ввести значительные санкции против Александра Лукашенко и его соратников?

У Польши есть несколько инструментов для действия. Во-первых, это национальный санкционный список. Я считаю, что его надо ввести. Здесь примером являются балтийские страны. Там санкционный список намного длиннее списка Европейского Союза. Первая возможность – насколько возможно длинный санкционный список, который будет охватывать все должностные лица, которые отвечают за репрессии против беларуского общества, в том числе беларуских поляков. Вторая возможность будет посерьезнее для беларуского режима – экономические санкции. В Польше и в ЕС есть довольно долгие дискуссии, насколько экономические санкции действенные и надо ли их вводить. Я думаю, ситуация давно созрела до того, что режим надо попытаться наказать. Некоторые говорят, это не подействует на режим, а только глубже толкнет Лукашенко в объятия России. Если мы посмотрим на заявления беларуской оппозиции, той же Тихановской, они уже давно апеллируют к ЕС, чтобы ЕС ввел тоже экономические санкции. Таких заявлений было довольно много. Складывается впечатление, что беларуская оппозиция намного глубже понимает ситуацию и готова действовать намного решительнее, чем ЕС. Польские действия будут зависеть от ситуации в Беларуси. Мне кажется, что давно появился повод, чтобы ввести серьезные меры.

Мы узнали, что Марии Тишковской (ред. Директор школы при Союзе поляков в г. Волковыске) предъявлено обвинение по 130 статье за реабилитацию нацизма и разжигание национальной вражды. Как прокомментируете это обвинение?

Любой авторитарный режим, если он хочет кого-то наказать, то он накажет. Повод всегда найдется. То, что мы видим по отношению к беларуским полякам и беларускому обществу, – беспредел, беспрецедентные репрессии, их можно только сравнивать с тем, что было во времена СССР. Эта неординарная ситуация на границах ЕС требует неординарного ответа со стороны ЕС.

Лукашенко обещал: если станет президентом, у поляков будет столько школ, сколько надо. История Союза поляков Беларуси

Ведется ли в Польше подготовка санкционных списков, которые должны были бы быть намного больше, чем общие европейские?

Я не сотрудник МИД, я такой информацией не владею, но учитывая то, что было сказано польскими политиками и премьер-министром в последние дни, я могу догадываться, что подготовка таких мер идет.

Анонс санкций США в отношении Беларуси, которые достаточно чувствительны, должны стать, если войдут в действие, это, в том числе в определенном смысле заслуга и письма польского президента Анджея Дуды, обратившегося за помощью к американцам, чтобы разрешить ситуацию с белорусскими поляками.

Я с интересом наблюдаю за американской политикой по отношению к Беларуси, потому что она пока очень осторожна. Если мы сравним с реакцией США на выборы в Беларуси, которые были в 2010 году, когда США довольно быстро ввели не только визовые санкции, но и экономические санкции. Долго имели санкции на экспорт беларуских нефтепродуктов, но в последние месяцы реакция США довольно мягкая. Можно спросить, где причина этого мягкого подхода Вашингтона? Надо учитывать внутренний контекст в США. Там были выборы, сейчас идет формирование новой администрации, а это всегда занимает несколько месяцев. Американский посол назначен, но еще не приехал в Минск и может быть не приедет. Учитывая неприятные комментарии беларуского МИДа на заявления американских дипломатов, я бы сказал, что американская дипломатия рассчитывает на более серьезные действия по отношению к режиму. Я этого не знаю, но могу догадываться. То, что польский президент пытается мобилизировать наших американских друзей для совместных действий, я считаю это правильным. Я считаю, что надо действовать солидарно в защите всех, кто страдает от режима.

 

Лукашенко готовится к торговле заложниками. Возможна ли полная изоляция Беларуси?

Давайте посмотрим на Кремль. По заявлениям Семашко, до конца апреля должны быть подписаны все дорожные интеграционные карты, даже те, которые Лукашенко долго не хотел подписывать. Означает ли это, что ползучая аннексия не прекращается?

Я не уверен, что карты будут подписаны. Таких заявлений в последние годы было много со стороны беларуских властей, что все готово. Мы это слышим довольно долго. Давайте подождем. То, что Россия стремится привязать Беларусь еще сильнее к себе, это понятно. Создать институты – тоже понятно. Это политика, которую наблюдаем последние 20 или больше лет. Цель российской дипломатии по отношению к Беларуси вполне понятна. Но мы знаем, что Лукашенко не готов подписывать дорожные карты, в первую очередь последней, которая подразумевает институциональную интеграцию. Я думаю, что он будет пытаться сопротивляться, но с другой стороны карты у него слабые. Он всегда пытался серьезно играть с РФ. У него это получалось, но в последние месяцы его позиция намного слабее, у него нет маневров во внешней политике, белорусско-западные отношения заморожены. На какой-то новый диалог рассчитывать не стоит. То, что Россия будет пытаться тянуть Беларусь все сильнее в разные интеграционные процессы, это понятно. И что Лукашенко будет сопротивляться – тоже понятно.

Лукашенко озвучил новый хитрый план по сохранению власти. Что он означает?

Вы верите в слова Лукашенко, что он готов поделиться властью, что разделит полномочия свои, что будет конституционная реформа? Что это? Реальное желание что-то изменить в стране, потому что мы понимаем, что нет выхода, или очередная демагогия?

Это очередная демагогия, очередной блеф. Он не заинтересован ни в какой передаче полномочий парламенту и правительству. У него одна цель – остаться у власти всеми способами. С самого начала так называемая конституционная реформа была блефом Лукашенко, он пытался играть на время, пытался обмануть общество. Он не готов делиться своими президентскими полномочиями.

На прошлой неделе состоялись телефонные переговоры Ангелы Меркель, Эммануэля Макрона и Владимира Путина. В этом разговоре одним из вопросов была Беларусь. Западные лидеры пытались доказать Путину необходимость переговоров по делу Беларуси, на Путин сказал, что он против внешнего вмешательства в дела Беларуси. Вы считаете, что вопрос переговоров в ближайшее время сдвинется с мертвой точки?

Не думаю. Это не первый звонок от западных лидеров к Путину. России конечно нравится, что западные лидеры разговаривают о Беларуси с Путиным. Я не считаю, что кто-то готов на серьезные переговоры ни в России, ни тем более в Беларуси. Также я не думаю, что вопрос Беларуси – приоритет для ЕС. Как ни страшно это прозвучит, но у ЕС столько серьезных внутренних и внешних проблем, что, к сожалению, вопрос Беларуси остается в длинном списке где-то ближе к концу. Это пессимистично, но реалистично. Никаких переговоров конечно не будет.

Интервью вышло в программе «ПроСвет» 01.04.2021

 

Новости