Вот так Охранник ухмыльнулся и повёл в «стакан». Как в жодинской тюрьме довели до смерти инвалида


Олег Богданов скончался в тюрьме Жодино в январе 2016-го из-за неоказания ему медицинской помощи. Однако Следственный комитет состава преступления в действиях работников тюрьмы не нашёл. Как и не нашёл и ответа вопрос – отчего же умер заключённый? Мать считает решение следствия «издевательством».

Восемь месяцев Марина Богданова требовала от Следственного Комитета завести уголовное дело по факту смерти её сына. Белоруские правоохранители состава преступления в тюремной смерти не нашли и остановили предварительное расследование.

«Это было групповое истязание моего сына. Ему не оказывалась медецинская помощь, хотя они должны были его держать в больнице. Он ходил с протезом сердца, перенёс тяжёлую операцию, а он сидел в камерах по 20 человек, где все курили», – говорит Марина Богданова, мать Олега.

Сумбурная реанимация на досках

Марина Богданова вместе с правозащитным центром «Вясна» опубликовала видео из камеры наблюдения, где запечатлены последние минуты жизни Олега Богданова. Уже в безсознательном состоянии тюремные контролёры принесли узника в подвальное помещение и своими силами на протяжении получаса пытались его реанимировать. Лишь после этого появились медицинские работники, которые в течение пяти минут пытались спасти заключённого.

«Следственный комитет обязан был возбудить уголовное дело за неоказание медпомощи, – говорит руководитель правозащитной организации «Платформа» Андрей Бондаренко. – По каким причинам – не было возможности, была у них возможность – это уже не важно. Главное, что эта помощь была оказана не своевременно и не медицинскими сотрудниками учреждения».

Но нарушения могли быть не только на этом этапе. Олег Богданов в письмах неоднократно писал про невыносимые условия в тюрьме и про недостаток медицинской помощи.

«Срочно нужна мазь от синяков и гематом, кровь брали два раза, но результаты не говорят. Таблеток не дают, ничего не дают, наверное врачей здесь нет и никто никого не лечит», – читает письмо Олега его мать.

Последние слова подтверждает даже проверка Следственного комитета, которая признала, что у узников нет карт диспансерного наблюдения из-за «большого количества заключенных на одного врача и отсутствием медицинской сестры».

«Мне стало плохо, у меня онемели руки и ноги, я подошел к двери, стал кричать, что мне плохо», это он пишет объяснительную. «Охранник открыл, ухмыльнулся и повёл меня в «стакан». И мой сын отстоял с шести утра, до двух часов дня – инвалид с протезом сердца», – говорит Марина Богданова.

Но поскольку само избиение и содержание в карцере не стало непосредственной причиной смерти, то Следственный комитет решил, что эти факты к делу не относятся.

Смерть в белорусской тюрьме заключенного – четвёртая за последние несколько нет. Год назад умер Игорь Барбашинский (тоже в Жодино), три года назад – Игорь Птичкин и Артём Карпович. Виновного нашли лишь однажды. В гибели Игоря Птичкина обвинили фельдшера СИЗО №1. Суд приговорил его к 2 годам и 10 месяцам тюрьмы.

Всеволод Шлыков

Теги: 
Смотрите также
Комментарии