Путин восстал против мира корпораций, и сделал это лучше исламистов

[vc_row][vc_column][vc_raw_html]JTNDaWZyYW1lJTIwd2lkdGglM0QlMjI0ODAlMjIlMjBoZWlnaHQlM0QlMjIyNzAlMjIlMjBzcmMlM0QlMjJodHRwcyUzQSUyRiUyRnd3dy55b3V0dWJlLmNvbSUyRmVtYmVkJTJGa2tVRS1oc2U1VEklMjIlMjBmcmFtZWJvcmRlciUzRCUyMjAlMjIlMjBhbGxvd2Z1bGxzY3JlZW4lM0UlM0MlMkZpZnJhbWUlM0U=[/vc_raw_html][vc_column_text]Доцент Московского государственного института международных отношений Кирилл Коктыш объясняет, почему в России искренне поддерживают Владимира Путина: — В разных частях мира пришло ощущение того, что потребительская экономика не несет с собой никаких жизненных смыслов. Она разлагает. В любой потребительской экономике все полномочия, все реальные деньги и ресурсы перемещаются от государства к корпорациям. Последние отличаются от государства тем, что не несут никакой социальной ответственности. Они заинтересованы в максимализации прибыли и в культивировании существа, которое бы питалось с их руки. Так вот питание как единственный смысл жизни оказывается довольно неосновательным. Это начало осмысливаться еще после Косово и вызрело в какую-то особую российскую идентичность, что надо делать как-то по-другому. […] Ведь ты, как протестанты, не доказываешь, что деньгами откроешь себе царство Божие, ты живешь немного для других вещей. Путина поддерживают не потому, что он идет вразрез Соединенным Штатам, не потому, что вернул России Крым или поддерживает юго-восток Украины […] а за то, что он отстаивает какие-то другие смыслы. И это куда более конструктивная альтернатива, чем та разрушительная, которую сегодня мы наблюдаем в так называемом Исламском Государстве. Ведь там тоже бунт против потребительской экономики, но бунт разрушительный, где уничтожается сама человечность. Подробности – в «Беседе дня» со Светланой Калинкиной.

Другие материалы

Правозащитница: Каждый дворовый чатик можно будет назвать экстремистским формированием

Удастся ли сдержать цены на товары?

Как заключенные уняли тюремщика-садиста – рассказывает журналистка «Белсата»

Что предлагает делегат альтернативного «Схода»?

Анатолий Лебедько: У Кремля есть соблазн трясти Лукашенко, пока он слаб

Румас в Лондоне: спасает ли он Лукашенко от санкций?

Жанна Литвина: Люди, лишенные информации, могут оказаться лишенными права на жизнь

Анджей Почобут: Мы переживаем «провал бунта в тюрьме»