Мигранты продают наркотики в Минске

Они могут уничтожить тело и ум отдельного человека, а могут разрушить целое государство. Могут облегчить страдания и принести большие деньги, а вместе с тем – несчастья и ненависть. Их нельзя взять и запретить. Они опасны потому, что это в нашей человеческой природе. Наша сегодняшняя тема – наркотики и наркотрафик, во всем мире и в Беларуси.

«Сгорел гараж – гори и хата!» Абсолютное бесправие, правовой вакуум, созданный силовиками Лукашенко в Беларуси, сейчас касается не только прав белорусских граждан и защиты границы. Организованное силовиками нарушение пограничного законодательства – спецоперация «Шлюз» – повлекло за собой новые виды преступлений.

«Мигранты сейчас спокойно в Минске в центре города торгуют наркотиками. Нам попадают сообщения от граждан, которые видят, как в центре города наркотики продают. И белорусская милиция на это не реагирует. Как вы слышали в нашем расследовании, министр сказал мигрантов не трогать. Соответственно, они делают что хотят, совершают любые преступления», – рассказал «Белсату» представитель инициативы BYPOL, который ранее возглавлял отдел в ГУБОПиК – Главном управлении борьбы с организованной преступностью и коррупцией МВД РБ.

Миф о безопасной и стабильной Беларуси можно считать разрушенным. Наше государство попало под особое внимание служб безопасности Евросоюза в связи с организованной массовой нелегальной миграцией и сопутствующим уровнем преступлений. Это следует из отчета, на который ссылается влиятельный европейский журнал EUobserver в статье о крупном международном наркотрафике.

«Турция и Западные Балканы названы перевальными пунктами для контрабанды мигрантов, в сотрудничестве с бандами в Беларуси, Грузии, России и Украине… Турция остается ключевой страной транзита героина в Евросоюз, как по балканскому, так и Южно-Кавказскому маршруту. Украина, Беларусь и Азербайджан используются как склады героина, направляемого в Евросоюз», – написано в статье.

«В целом за наркотрафиком следят определенные службы, но сейчас в Беларуси поставлена задача – борьба с людьми, оппозиционно настроенными, с инакомыслием», – подчеркивает Александр Азаров.

В богатую Европу идет поток героина из Афганистана – и с приходом к власти талибов он только увеличился – и кокаина из Латинской Америки, объясняет доктор Яцек Раубо, специалист по международной безопасности (Познань): «Мы видим это по очень сильному присутствию наркокартелей из Южной Америки, из Мексики. Например, в Нидерландах и Бельгии, в кооперации с местными криминальными структурами».

Но давайте по порядку.

По воздействию на человека, наркотики можно разделить на опиоиды вроде героина; психоделики – как псилоцибин и ЛСД; каннабиноиды – прежде всего это марихуана; диссоциативные вещества, вызывающие чувство отчуждения от действительности; эмпатогены типа экстази; стимуляторы типа амфетаминов; и депрессанты, среди которых у нас известен бутират.

В интернете можно найти достаточно видео, чтобы увидеть эффект действий этого бутирата или других наркотиков на человека. Но разделение довольно условное: черный рынок полон наркотиков на любой вкус, с комбинированными эффектами и различного происхождения.

«Все они отличаются ценой, уровнем доступности. Какие-то считаются элитными, какие – то – дворовыми, аптечными», – рассказывает Александр Байчук, заведующий отделением клиники «Полинар» в Одессе.

Зачем люди засовывают в себя эти вещества?

Как объясняет психиатр-нарколог Александр Байчук, наркозависимым может стать любой человек, любого достатка и социального происхождения. Достаточно разок попробовать, особенно в момент жизненных неприятностей.

«Мозг начинает ощущать эффект вознаграждения, эффект эйфории, снятия всех эмоциональных переживаний», – поясняет специалист.

После приема наркотика человеку кажется, что он имеет контроль над своим телом, может в любой момент поднять себе настроение. Но, принимая это вещество, не может критически и рационально воспринимать своего состояния и попадает в психологическую ловушку.

«Система любого человека, когда он попадает в дискомфорт, активируется дофаминовая поисковая система. Нужно быстро найти выход из сложной ситуации. И если этот выход лежит перед тобой и теперь тебе даст желаемый и ожидаемый эффект, то это действие будет ощущаться как эффективное. И запомнится оно как эффективное. Но оно эффективное в кавычках. Ведь потом вызывает целый комплекс последствий», – рассказывает Александр Байчук.

А все негативные эффекты зависимый человек не побеждает, а прячется от них в уютный мир наркотика. Ну как уютный – только сначала. На наркотики нужны немалые деньги, поэтому зависимый часто становится преступником, только чтобы получить очередную дозу. А тело и ум уже не те, что раньше.

«Что касается наркозависимых, они, когда попадают в изоляцию, очень легко свои каналы рассказывают. Узнать об этих каналах, эти механизмы не сложно», – говорит белорусский правозащитник Василий Завадский, который хорошо знает тему зависимых людей.

«15 лет назад было очень много опийных наркоманов, принимавших опийный раствор, классические стимуляторы. А сейчас все содержится в сторону синтетических наркотиков. Более дешевых и доступных», – рассказывает Александр Бойчук.

Вы, возможно, видели надписи на стенах домов с рекламой телеграм-каналов и словами «соли» и «спайсы». Это они – группа синтетических наркотиков с разным химическим составом.

«Это вещество постоянно модифицируется. Если законодательно запрещается одна формула, они формулу меняют, и новое вещество, которое запрещено, уже не запрещено», – объясняет схему работы производителей «спайса» Александр Азаров.

Чем тяжелее жизнь вокруг, тем больше наркомана тянет к новой дозе. И даже после очистки организма в клинике остается сильная психологическая зависимость.

«Та награда, которую дает мозг за употребление, – достаточно сильный мотиватор. Тянет людей к повторению этих приятных переживаний. Физическая зависимость на сегодняшний день освоена, есть технология, как снимать ее практически без боли», – подчеркивает Александр Байчук.

Но как бороться с наркоманией? В Беларуси пошли путем жесткого законодательства. Печально известная статья 328 Уголовного кодекса означает большие тюремные сроки даже для мелких потребителей наркотиков – по 8-10 лет за малые объемы наркотических веществ. Зато следственные органы имеют высокие показатели раскрываемости.

«Нет независимых судов. И, по большому счету, все, что они там напишут в своих документах, суд принимает на веру. В заключение попадают много молодых людей, несовершеннолетних. Людей, которые имеют небольшое количество наркотиков для себя, как там говорят, за пыль в карманах», – подытоживает правозащитник Василий Завадский, ранее работавший в системе отбывания наказаний.

Он убежден, что наркобизнес в Беларуси имеет сильное коррупционное прикрытие: «“Крышуются” именно высокопоставленными чиновниками, в том числе и из силовых структур. Недаром, хоть и редко, но и в нашей стране были случаи, когда привлекались сотрудники, работающие в отделах наркоконтроля».

Правозащитник говорит о нашумевшем «деле 17-ти», или «деле Константина Вилюги». Наркобанда имела оборот $1,6 млн на продаже спайсов через анонимную онлайн-оплату, тайники-закладки. Молодой Константин Вилюга был назван руководителем организации и получил 20 лет лишения свободы.

«Суд первой инстанции фактически пришел к выводу, что в Беларуси все-таки существовала наркомафия. Главный момент во всей истории – то, что основными обвиняемыми по делу проходили работники правоохранительных органов», – рассказывал тогда криминальный журналист Виктор Федорович, который внимательно следил за процессом.

Работники правоохранительных органов не только охотились на конкурентов наркобанды.

«Там были привлечены два работника КГБ и работник ГУБОПиК, у которого этот Вилюга был агентом. Была получена информация, что он платил деньги этим работникам для экспертизы и получения информации, какие вещества уже запрещены, а какие еще не запрещены», – припоминает представитель BYPOL.

Глава ГУБОПиКа Николай Карпенков – ныне заместитель министра внутренних дел – тогда настоял, чтобы суд был частично закрытым, пока он и другие работники управления будут давать показания. Прошло несколько лет – и сроки увольнения силовиков были сильно сокращены.

«Я уверен, что это основная причина распространения наркотиков. То, что его “крышуют” сами силовые структуры», – говорит Василий Завадский.

Чтобы государство превратилось в базу наркобаронов, достаточно, чтобы оно было на выгодном пути наркотрафика и чтобы государственные институты не работали так, как положено. Ведь этот нелегальный бизнес обычно имеет достаточно ресурсов, чтобы подкупить или запугать морально слабых правоохранителей – тех, кто должен защищать общество. А иногда руководство государства и так достаточно коррумпировано, поэтому охотно садится на потоки денег и наркотиков.

И сейчас Беларусь – в группе риска.

«В политически нестабильных государствах под санкциями, где политические элиты переплетены со спецслужбами, весьма вероятно создание структуры, которая будет кооперироваться с организованной преступностью. Это может быть контрабанда людей или чего-то другого. Все, что дает возможность высокой прибыли в условиях давления международного сообщества», – напоминает доктор Яцек Раубо.

Специалист приводит в пример самое закрытое государство мира – КНДР, которое на государственном уровне сотрудничает с азиатской наркомафией в трафике героина, будучи под санкциями чуть ли не всего цивилизованного мира. Власти Северной Кореи не только торгуют наркотиками в мире, но и стимулируют к употреблению своих граждан – прежде всего строителей больших государственных объектов. Есть информация, что почти каждый второй житель КНДР по крайней мере однажды принимал наркотики.

А Беларусь? 26-го мая Лукашенко пообещал, что в ответ на западные санкции на нашей границе перестанут останавливать нелегальных мигрантов и наркотрафик.

Наркотики уже были гибридным оружием в истории.

В 19-ом веке, чтобы изменить дисбаланс на рынке чая, шелков и фарфора, Британская Ост-Индская компания завалила Китай индийским опиумом, который продавали за серебро. В Китае стало меньше драгоценных металлов и катастрофически много наркоманов. Когда китайские власти конфисковали контрабанду опиума, британский флот начал войну, которая закончилась поражением империи Цин и передачей Гонконгу Британской империи пожизненно.

Про Гонконг и Китай мы рассказывали в «Глобальном вопросе» в октябре.

«Это очень опасно, так как часть наркотиков всегда остается в обществе на пути контрабанды. Например, через это прошла Мексика», – объясняет Яцек Раубо.

Часто именно работники антинаркотических подразделений возглавляют наркомафию.

«Они знают схемы и методы переправки, знают людей, у них агентура тоже есть: те же люди, что переправляют наркотики, могут быть и агентами», – говорит Александр Азаров.

«Если хоть раз использовать этот способ, хоть раз почувствовать вкус этих гигантских денег, ведь организованная преступность имеет гигантские деньги из наркотрафика, то скоррумпированные политические элиты и спецслужбы просто так из этого не выйдут, а организованная преступность не выйдет из этого края», – предупреждает Яцек Раубо.

«Можно ли победить наркомафию? Любую мафию можно победить, главное, не дать ей разрастись до таких размеров, как в фильме “Спрут”. Ее нужно душить в зародыше. Поэтому нам надо этим заниматься. Мы их победим. Я полагаю, у нас такой мафии еще нет, и ее не должно быть», – уверен Александр Азаров.

Наркотическая зависимость и бизнес на человеческих слабостях – это не тот вопрос, на который есть простой и быстрый ответ. Но информация – это тоже оружие. Поэтому будем сознательными относительно глобальных угроз.

Коллаж из фото: скриншот с видео Sputnik Беларусь / YouTube

belsat.eu/ИР/ТБ

Падпісвайся на telegram Белсату

Другие материалы

Белорусов готовят к войне с Украиной

Против кого белорусы будут воевать в Казахстане?

«Белсат» предсказал мигрантский кризис

Лукашенко тянет Беларусь в ядерную войну

Белорусский спорт: коррупция, схемы, взятки

Отключение от SWIFT: Лукашенко станет подопытным кроликом

Что делать с деньгами, чтобы Лукашенко не забрал

5 причин, почему Россия не сможет поглотить Беларусь