Лишенный родины

Он почти всю жизнь прожил в Беларуси, но белорусские власти лишили его дома и семьи. Олег Малащенко – гражданин России и один из участников протеста рабочих Барановичского авиаремонтного завода – был выдворен из страны. Легко ли строить жизнь с нуля и сколько еще людей пострадали так же, как Олег?

Чтобы навестить дочь, Олег Малащенко отпросился с работы пораньше. Авиамеханик из Беларуси уже месяц трудится в Польше на сборке мебели и часто задерживается на работе до полуночи.

В Варшаве российский гражданин и житель белорусских Барановичей оказался не по своей воле. В конце декабря барановичские милиционеры задержали его прямо на заводе – не дождавшись, пока суд рассмотрит его жалобу на решение о депортации. Месяцем ранее местный отдел по гражданству и миграции постановил выслать Олега из Беларуси – за участие в протесте заводчан против фальсификации президентских выборов.

«Ехали с закрытыми решетками на железных сиденьях. В маленькой клетушке я, напротив меня – тоже парень и сзади в одной клетке еще четыре человека. Шесть часов мы тряслись до границы. Правда, останавливались, чтобы выйти в туалет, покурить. Привезли на российскую территорию, всех с вещами выгрузили. Сфотографировались на память у знака – что уже Россия», – рассказывает Малащенко.

В России у Олега нет никого. Сделать гуманитарную визу, чтобы попасть в Польшу, ему помогли российские правозащитники и дочь Яна, которая работает в IT-компании в Варшаве.

«У меня первый страх был такой: “Что теперь будет с сестрами, они несовершеннолетние!” Не скажу, что теперь этого страха нет, но почему-то есть надежда, что женщину они будут трогать меньше. Тем более моя мама – боец. Я не думаю, что встречала в жизни еще одного такого человека, который не сдается никогда», – говорит Яна, дочь Олега.

Дома в Барановичах Татьяна Малащенко встречает из школы младшую дочку – десятилетнюю Богуславу.

«Эти полгода мы живем в напряжении, что откроешь – и вдруг не тому, кому нужно», – рассказывает она.

Татьяна добилась для дочерей права обучаться на белорусском языке. Дважды выдвигала свою кандидатуру на парламентских выборах, а на недавних президентских была наблюдателем. С Олегом они прожили 32 года, а разлучили их за один день: «Ему было не дозвониться, потому что у него забрали телефон. Я не знала, какую вещь схватить – то ли носки, то ли что-то еще. Нужно собрать все необходимое на три года или только на вечер?!»

Десятилетней Богуславе трудно свыкнуться с мыслью, что папе запретили приезжать домой на три года:

«Есть маленькая надежда, что произойдет чудо и он вернется, но если посмотреть на мир вокруг, то становится понятно, что легко он не вернется. Для этого что-то должно произойти», – говорит девочка.

С дочерьми и женой Олег старается созваниваться каждый день. Средняя дочь Ядвига в этом году заканчивает школу. Этой осенью она не побоялась появиться в учительской с нарисованными на щеках бело-красно белыми флажками.

«“Тебе не тяжело носить такое на щеках?!” – Ну та не растерялась, говорит: “Вам же не тяжело бюллетени подтасовывать!” И пошла», – с гордостью рассказывает Олег.

Девушка признается, что сейчас она страдает от того, как сложившаяся ситуация давит на отца: «Я звоню, хочу пошутить с ним как раньше, а он отвечает односложно: “Да-да”. Он растерял свой юмор. Это можно понять, но это очень обидно, поскольку отец очень оптимистичный человек».

Уроженец украинской Белой Церкви, Олег вырос в белорусских Барановичах. Более 20 лет отслужил авиамехаником под Волгоградом, где ему дали российское гражданство. В начале 2000-х Олег с семьей вернулся в город юности, но белорусского паспорта так и не получил.

«Я обратился в нашу миграционную службу. Говорю: “Хочу получить белорусское гражданство! Я призывался в армию отсюда, в Барановичах живу с шести лет”. На это женщина мне ответила: “С вашими данными проблематично будет”», – рассказывает Малащенко.

Выдворение человека, большую часть жизни прожившего в стране, противоречит международным нормам, подчеркивает правозащитник из Московской Хельсинкской группы Роман Киселев. Это может быть расценено как оставление человека в опасности.

За полгода к Роману обратились уже 15 граждан России, которых выгнали из Беларуси за малейшие, даже не связанные с политикой, провинности:

«Одна женщина, ей всего 35 лет, у нее двое несовершеннолетних детей, и ее выслали за то, что закончилась регистрация, а новую она себе не сделала. Полный адок! А два для назад до меня дошла информация о том, что еще высылаются люди. Сконтактироваться мы пока не смогли, но мне написали, что речь идет о женщине на третьем месяце беременности».

Только в организацию Human Constanta за полгода обратились более восьмидесяти иностранцев. Все они получили решения о выдворении из Беларуси за участие в протестах. По мнению правозащитников, таких людей намного больше.

Несмотря на трудности, Олег Малащенко не теряет оптимизма: «Я надеюсь все-таки, что все изменится к лучшему, и три года я здесь не буду», – говорит он.

Александр Папко / Белсат

Другие материалы

Похититель или боец с несправедливостью? Чем известен осужденный активист Сергей Стерненко

Мэрия Москвы не будет препятствовать возложению цветов на месте убийства Бориса Немцова

Навальный больше не узник совести?

Полный выпуск «Вот так»

Праздник какого защитника и какого отечества?

В Украину доставили первую партию вакцины от COVID-19

Как в Украине Минздрав «победил» коронавирус

В Грузии арестовали главу партии Саакашвили