Когда мирный протест побеждает?

«Ситуация стабилизировалась» – глава КГБ Беларуси Иван Тертель заявил, что властям удалось подавить массовые протесты, начавшиеся полгода назад. В соседней России Генпрокуратура и Следственный комитет предупредили об ответственности – вплоть до уголовной – за призывы к несанкционированным митингам. За акции в поддержку Алексея Навального возбуждено 90 уголовных дел. «Сколько можно водить хороводы и хлопать в ладоши?» – возмущаются комментаторы под роликами о насилии со стороны силовиков. Правда ли, что мирным протестом победить диктатуру нельзя?

Правда ли, что мирный протест не работает?

Мнение, что мирно сопротивляться жестким режимам невозможно, неверное, утверждают американские политологи Эрика Ченовет и Мария Стефан. По их подсчетам, с начала ХХ века по 2006 год прошло 323 протеста с требованием смены власти.

Мирные протесты побеждали в 53% случаев. Вооруженные восстания приводили к успеху в два раза реже – в 26% случаев. Большинство ненасильственных кампаний возникло и победило в режимах, где мирный протест был смертельно опасен.

Мирный протест не только эффективнее, но и втрое безопаснее. Убийством сотен протестующих за последние 60 лет закончились менее четверти мирных революций (23%), тогда как среди вооруженных протестов кровавыми оказались две трети (68%).

Мирный протест имеет больше шансов стать массовым. Во-первых, он привлекает людей, которые не приемлют кровопролития. Во-вторых, рассказать о нем можно более широкой аудитории.

Наконец, отказ от насилия дает больше шансов установить демократию. В странах, где победили ненасильственные революции, вдвое реже вспыхивали гражданские войны и возвращался авторитаризм.

Однако не стоит забывать, что половина мирных революций заканчивается провалом. Кроме того, диктаторы учатся подавлять протесты. Если в 1970–1990-х годах свержением диктатур завершались 70% всех восстаний, то в последнее десятилетие – лишь каждый пятый протест.

В чем ключ к победе?

Казалось бы, ответ очевиден. Протест побеждает, когда становится массовым и охватывает все слои общества. «Ни одна кампания не потерпела поражение если в ней активно и длительно участвовали 3,5% населения», – подсчитали американские политологи.

Однако в Беларуси это правило, увы, не сработало. В августе 2020-го на улицы вышли более 300 тысяч человек – те самые 3,5%, но режим не пал. Не сменилась власть и в Венесуэле, где в апреле 2017-го в протестах против Мадуро участвовал каждый пятый житель страны.

Не было и еще одной составляющей успешного протеста. Ни в Беларуси, ни в Венесуэле на сторону народа не перешли силовики и чиновники, а они составляют основу режима.

Еще одна важная составляющая успешного мирного протеста – способность парализовать государственную машину.

Как написали в своем «Руководстве по эффективной ненасильственной борьбе» сербские гражданские активисты, «в одиночку правители не могут собирать налоги, заставить людей соблюдать репрессивные законы, а поезда ездить по расписанию <…>, печатать деньги, ремонтировать дороги, обучать полицию и армию, выпускать почтовые марки и даже доить коров».

Бойкоты товаров, блокирование дорог, блокирование работы госучреждений и, наконец, всеобщие забастовки – вот, по мнению Ченовет, «самое мощное оружие ненасильственного сопротивления». Но организовать всеобщую забастовку может не каждый.

Не обойтись без лидеров – локальных и национальных. Лидеры должны быть находчивыми: предлагать такие формы протеста, которые охватят как можно больше людей и не подставят их под аресты и увольнения.

Более 40 креативных форм: от заваливания учреждений телефонными звонками и отсрочки оплаты коммунальных услуг до написания лозунгов на купюрах – предлагают авторы книги «Прекрасное восстание».

Кому из наших соседей удалось?

За примерами ненасильственной борьбы с диктатурой далеко ходить не нужно. Польша, август 1980 года. В ответ на повышение цен и дефицит продуктов рабочие судоверфи Гданьска начинают забастовку. Чтобы их не разогнала милиция и армия, они отказываются выходить из цехов. Рабочие требуют не только хлеба, но и снятия запрета на деятельность свободных профсоюзов.

Забастовка охватывает всю Польшу и власти соглашаются зарегистрировать «Солидарность» – первый независимый профсоюз в коммунистической стране. Его лидером стал гданьский рабочий Лех Валенса, а его советниками – лидеры польской интеллигенции. К ноябрю в «Солидарность» записываются 10 миллионов человек – каждый третий житель Польши.

В декабре 1981 года власти вводят военное положение и арестовывают 10 тысяч активистов. Однако через несколько лет экономический кризис принуждает коммунистические власти начать переговоры. Из «Солидарности» вырастает польская демократия.

Путь Литвы, Латвии и Эстонии к независимости начался с создания народных фронтов и многотысячных собраний, на которых пели патриотические песни. Самой массовой акцией Поющей революции стал «Балтийский путь». 23 августа 1989 года 1,5 миллиона человек – каждый пятый житель балтийских республик – взялись за руки, требуя независимости от СССР. Цепь длиной 560 км протянулась через Ригу, Вильнюс и Таллин.

Пацифизм позволил избежать большого кровопролития. В Ригу и Вильнюс Михаил Горбачев ввел танки, но вскоре вынужден был отступить, ведь жесткая расправа над мирными протестующими лишила бы Москву шансов на экономическую помощь от Запада.

Что в итоге?

Мирно победить возможно. Но не без поддержки со стороны силовиков и чиновников, активных лидеров, локальных сообществ и забастовок. Гарантий бескровной и быстрой победы также никто дать не может. Путь к демократии в Польше занял восемь лет. Но история показала, что если общество способно на массовый мирный протест, то оно способно построить демократию.

Александр Папко / Белсат

Другие материалы

За нас все выберет человек из бункера

За митинг в тюрьму

По законам Берии: русский этап в XXI веке

Полный выпуск «Вот так»

Каждый десятый бизнес в России на грани закрытия

Расправа над протестующими

Коронавирус не отступает

Полный выпуск «Вот так»