«Женщина с живой душой». Реквием для неутомимой Татьяны Алоизы Пашкевич


Памятник Цётке

Революционерка, агитатор, публицистка, ученый, учитель, поэтесса, создательница первой детской белорусского литературы — чтобы описать ее деятельность, могла бы пригодиться целая страница.

Однако лишь маленькую комнатку-музей в школе Острина — это единственное место в Беларуси, где живет память об Алоизе Пашкевич.

Перед зданием единственной школы в городском поселке Острино нас молчаливо встречает беловатый памятник-призрак. Покрашенная скульптура Тётки, творчество которой мы изучали на занятиях белорусской литературы. Извилистыми школьными коридорами в комнату-музей нас ведет вежливая учительница белорусского языка Алла Семеновна.

Сам поселок не является ее местом рождения. Родительское имение находилось чуть дальше по дороге, в деревне Старый Двор. Как и большинство культурных памятников Беларуси, дом не сохранился. Из досок здания Пашкевичей сделали школу, которая в итоге сгорела, а все вещи растащили местные.

При входе в комнату музея красуется старый буфет, который сразу обращает на себя внимание, потому что бытовых экспонатов здесь больше нет. Этот буфет — единственное, что сохранилось от родительского дома Тётки.

Дорога, которая ведет в музей Алоизы Пашкевич

«Нигде такого не увидите и не найдете, — с гордостью говорит наша экскурсовод. — Привезли из Старого Двора. Когда мы с учениками ходили и встречались с жителями, зашли в один дом и хозяин говорит: «А у меня есть буфет из дома Пашкевичей. Я не выдумываю». Правда, он был покрашен голубой краской. Вместе с детками отдирали. После покрасили. Посмотрите, какой он красивый. Я своим детям разрешаю к нему прикасаться и говорю, что своей рукой к этому буфету прикасалась поэтесса. А может, таким образом, любовь к родине и к родному языку передастся и им?»

Первая белорусская учительница

Второй уникальный экспонат музея — это оригинал «Первого чтения для детей белорусов». Эта маленькая незаметная книжка была первым полностью белорусским учебником для крестьянских белорусских детей, которую в 1906-м году, Алоиза Пашкевич выдала, будучи в эмиграции во Львове. В то время все школы в современной Беларуси были русскоязычные. Сама Алоиза, работая некоторое время учителем, не раз жаловалась, что дети не понимают русский. Часто приходилось объяснять как это будет по нашему, «по-местному». Чтобы открывать настоящие белорусские школы нужны были учебники.

Бескомпромиссная радикалка

Обрадованная нашим интересом Алла Семеновна, не дожидаясь обратила наше внимание на еще один стенд. Оригинал первого издания «Нашей Доли» со стихотворением Тётки на главной странице.

«Да-да, не со стихотворением Купалы или Коласа, а именно Тётки», — добавляет учительница.

В 1906-м году «Наша Доля» была первой официально разрешенной белорусской газетой в царской России. До сих пор все издания были под запретом и терпели преследование. И не удивительно, начало ХХ в. — Это было время бурной революционной эпохи, борьбы за права рабочих, за снос царского гнета, в котором Алоиза Пашкевич принимала непосредственное участие, за что и вынуждена была постоянно сбегать. Разрешение на издание «Нашей Доли» дало молодой бунтарке надежду, что она сможет хоть какое-то время без помех пожить на родине. Она решается вернуться в Вильнюс, чтобы вместе с друзьями издавать газету. Некоторые считают, что именно бескомпромиссный радикализм Тётки похоронил газету. Вскоре после 6-ти изданий газету запретили, редактора-издателя на год посадили в тюрьму, а горячая революционерка вынуждена была вновь скрываться от царских жандармов.

Больная наукой

Трудно поверить, но учитывая, что это было самое начало ХХ в., и молодые борцы за права женщин только-только выбили себе право присутствовать на лекциях университетов в качестве свободных слушательниц, Алоиза Пашкевич умудрилась получать образование в 4-х учебных заведениях.

Имея большое желание совершенствовать свои знания, она начинала учебу в университетах в Петербурге, Львове и Кракове.

Однако удалось закончить только Русское частное семинарское женское училище из Вильнюса, которое обеспечило для нее стабильный хлеб учительницы арифметики. Свидетельство из училища также находится в музее.

Человек с живой душой

«Сразу самоопределилась как белоруска и такою осталась навсегда. Необычайно живого характера, очень яркая, она выделялась даже в многоцветной студенческой среде и сразу произвела на меня впечатление «человека с живой душой», — такое впечатление произвела молодая авантюрная Алоиза на своего будущего мужа, литовца Степонаса Кайриса.

Познакомилась она с ним на студенческих сходках в Петербурге в 1905-м году.

Только через 6 лет она выйдет за него замуж, имея 35 лет и будучи старше Степонаса на 3 года. Однако семейной жизнью, проходившей в Вильнюсе, Алоизе Кайрис суждено радоваться только 5 лет. Первая мировая война заставляет вновь забыть о спокойствии. Вместе с мужем женщина в Вильнюсе создает детские приюты. Ее мать с сестрами из поместья бегут на восток. В Старом Дворе остается только больной отец, который пожалел хозяйство. 6 января 1916 он умирает от тифа. Приехав на похороны, Алоиза остается на родине, чтобы помогать больным, имея богатый опыт работы фельдшером. Однако болезнь губит и саму Тётку.

Жена литовского борца

Как оказалось, первую войну Степонас пережил. После смерти жены даже нашел ее сестру с матерью среди других беженцев в Чаусах в Могилевской области. Зять не сразу решился сказать правду о смерти Алоизы. Однако мать почувствовала беду сама, потеряв перед этим сына.

Муж Алоизы был таким же одержимым борцом за свою родину, как и его жена. В 1918-м году он был одним из тех, кто подписал Акт о независимости Литвы.

В 1923-м году Степонас Кайрис работал профессором Каунасского университета. Повторно женился и в 1942-м году во время оккупации немцами вместе со второй женой они заботились об 11-летней еврейской девочке.

Во время Второй мировой войны боролся, чтобы литовскую молодежь не вывозили в Германию, за что сидел в фашистской тюрьме. В 1945-м ему удалось бежать через Германию в Америку. Степонас Кайрис умер в Бруклине в 1964-м году. В 1991-м году его останки перевезли в Литву и перезахоронили в Каунасе.
18 февраля по старому стилю истекает 101 год со дня смерти Алоизы Пашкевич.

Читайте также:

Павлина Валиш, ИЧ, belsat.eu

Смотрите также
Комментарии