«Я их прощаю». Организатор акции в Освенциме ответил белорусам

Фото

Микита В.

Сегодня суд вынесет приговор участникам представления «Love Macht Frei» на территории бывшего концентрационного лагеря Аушвиц в Польше. Накануне мы поговорили с Микитой В., одним из его организаторов, о раскаянии за убитую овцу, голодном Лукашенко и хейте в сети.

24 марта 2017 года пять белорусов, шесть поляков и немец разделись на территории музейного комплекса «Аушвиц», на надписи на воротах «Труд делает свободным» закрыли слово «Arbeit» растяжкой со словом «Love», запустили несколько петард и устно признались в любви к различным странам мира.

Акцию в течение полугода готовили два проживающие в Польше белоруса: студент Лодзинской киношколы Адам Б. и студент Академии искусств в Кракове Микита В. Первый во время акции заколол овцу.

«По затратам сил и средств это как подготовить спектакль с участием ста человек», – признается В.

О «Love Macht Frei» сообщили все мировые медиа, в Беларуси же событие осталось практически незамеченным – видимо, из-за того, что совпало по времени с протестами тунеядцев и жестким разгоном марша в День Воли.

В нашей стране об этом хеппенинге заговорили лишь после последнего слова его участников в суде – оно прозвучало 8 января.

Под материалами в белорусских медиа об акции появились сотни комментариев, авторы которых оценивают поступок белорусов крайне негативно.

Например, комментарий пользователя имхо_, довольно сдержанный на фоне других, на площадке Talks.by «Оставить этих дегенератов в Освенциме с соответствующей кормежкой и обращением. Может хоть на уровне рефлексов усвоят, что мемориальные комплексы не для дебильных перформансов» собрал 162 лайка.

Молодой человек говорит, что на комментаторов не злится.

«Люди не понимают акцию потому, что с этим де-факто надо согласиться. Все равно, что сказать: «Я понимаю Гегеля», хотя там ничего не понятно. В перформансе же нет ничего непонятного. Чтобы понять – нужно принять, а принять пока общество не хочет. Моё убеждение в том, что его поймут. Может его поймут через год или поймут тогда, когда увидят не труп овечки, а когда война начнётся, и они спросят: почему никто не протестовал? А вот они протестовали, их в тюрьму сажали».

«Белорусы хейтят, но к Беларуси это вообще не относится – может лишь настолько, насколько затронут исторический контекст: из Беларуси посылали людей в Афганистан и возвращали без голов. Заставляли поверить, что отстаиваем свои интересы, а на самом деле сжирали живьём людей. Это и к Польше не имеет отношения. Освенцим – не польский лагерь, поляки к нему имеют отношение потому, что он на их территории», – говорит автор.

Дымовая завеса от зажженных петард во время перформанса Love Macht Frei. Кадр из видеодокументации группы

Микита признается, что выбрали для проведения перформанса именно это место потому, что таким образом можно было гарантировать внимание мировых СМИ.

«Если мы переживаем, что погибают невинные люди, где мы должны были выразить свой протест? Не в кафе же. В Польше такими перебежками мы приходим к Освенциму – месту, где тоже погибло много невинных, – говорит Микита. – Нас призывают не повторять трагедию, но в это время солдаты едут в Сирию».

«Я демократ, православный человек, и вижу, что мы плохо относимся к мусульманам. Проблемы с миграцией, чужие войска в Украине, Ираке, Афганистане, Сирии. Мне не нравится, что мы, американцы, европейцы, русские – христианский мир – постоянно туда лезем, обижаем другие народы. Они же не приехали на Майдан на джипах помогать решать конфликт. Заметьте также, что мы делаем из мусульман угрозу: если терроризм, то всегда виноват мусульманин, а не Русская православная церковь», – добавляет он.

За осквернение места памяти участником акции грозят штрафы либо общественные работы. Адама Б. и Микиту В. обвиняют также в убийстве животного, им угрожает соответственно 2 года и 6 месяцев и 2 года и 2 месяца тюремного заключения. Парней также может ждать 5-летний запрет на профессию и депортация.

По словам Микиты, они не оскверняли мемориал. Это был художественное высказывание и призыв к миру во всем мире, а убийство овцы – символ невинной жертвы войны.

«Мы работаем с символами. Когдм-нибудь это их перестанет обижать и они поймут то, что мы это сделали не потому, что не уважаем, а уважаем даже больше, чем те, кто этого не знает и не понимает. Я уважаю жертв Холокоста в тысячу раз больше, чем те, кто пишут оскорбительные комментарии. Они ничего не пережили, а я с этой овцой, стычкой с властью, перформансом пережил в тысячу раз больше. Мы никого не обижаем и ничего плохого не сделали. Нам не поступало жалоб от жертв Холокоста».

Во время разговора становится понятно, что авторы хеппенинга совершенно не задумывались о правовых последствиях их поступка. Фото – Денис Дзюба

«Дело не в том, что я не чувствую раскаяние за животное, а в том, что я не хочу его показывать: чтобы выйти на равноправный диалог с судом, – говорит художник. – Я читал реакцию в сети, и это вызвало у меня много чувств. Не таких, что мне стало обидно, я понимаю, что люди, которым это не нравится, пытаются защититься. Я их прощаю за это, но я ни у кого не хочу просить прощения, я хотел чтобы они гордились нами. В Беларуси нам всю жизнь твердят, что мы не хотим войны – вот мы эту традицию и поддерживаем».

Охрана музейного комплекса в Освенциме во время задержания участников акции. Кадр из видеодокументации группы Love Macht Frei

Микита отказался от услуг адвоката и не обращался за помощью к посольству. Хотя поддержка МИДа была бы ему приятна, дала бы ему почувствовать себя «частью чего-то»:

«Это ведь в интересах государства – защищать своего гражданина. Оно ведь существует для меня, а не я для него. Я не военный, но я защищаю свое государство за рубежом, не пытаюсь его чмырить без повода. Беларусь должна гнать сюда волну. Зачем нам дипломаты, если они ничего не делают? Я был и остаюсь в оппозиции, но это не означает, что я не люблю страну. Я лишь против власти. Мы – семья в конфликте. Поэтому как родственники мы должны друг друг помогать. Если бы Лукашенко лежал голодный под моим домом, я бы приютил его на несколько месяцев, не оставил бы в беде».

«Белорусы должны поступать как цивилизованные граждане других стран – независимо от взглядов. Французы, американцы, немцы или русские в ситуации, когда их гражданин за рубежом подвергается опасности, в первую очередь вытягивают его из ж…ы, а потом уже разбираются», – добавляет парень.

Пресс-секретарь посольства Беларуси в Польше Евгений Рябцев сообщил «Белсату», что сотрудники дипкорпуса на суд в Освенциме ехать не собираются, так как «у посольства есть другие дела».

Микита В. в центре Варшавы. Фото – Денис Дзюба

Приговор объявят сегодня в 15:00 по минскому времени.

Денис Дзюба, Дарья Румянцева

Смотрите также
Комментарии