«Висельники», которые не станут «сымонами-музыками»


На сцене Купаловского театра проходят премьерные показы пьесы Мартина Макдонаха «Висельники» («Hangmen»).

Не сразу находишь ответ: чем пьеса так поразила режиссера Виталия Кравченко?

По словам исполнителя одной из главных ролей, актрисы Кристины Дробыш, режиссер говорил на репетициях, что было бы интересно поставить подобное произведение на сцене главного театра европейской страны, где смертную казнь так и не отменили.

Режиссер-постановщик Виталий Кравченко. Фото предоставлено Национальным академическим театром имени Янки Купалы

Но в самой пьесе, где рассказывается о бывшем висельнике, который открыл паб и с нескрываемой радостью вспоминает в газетных интервью о своей «славной» профессии, не чувствуется, чтобы звучали нотки протеста против смертной казни, не слышно такой уж выразительной критики ремесла палача, не проводится никаких аллюзий с нашей явью. На сцене обычный самолюбивый человек, для которого признание собственной ценности важнее любви к семье и дружбе. С таким же успехом это мог быть и мясник, и художник, и дизайнер и стоматолог – кто угодно.

Игорь Денисов в главной роли висельника Гарри Уэйда. Фото предоставлено Национальным академическим театром имени Янки Купалы

Игорь Денисов создает образ неприятно-едкого эгоцентрика. Герою важно, чтобы его считали настоящим королем. И у него есть своя свита – колоритные посетители паба (которых ярко играют Антон Макуха, Николай Кучиц, Дмитрий Есеневич, Алексей Зеленко).

Совсем другой выглядит его дочь, воплощенная упомянутой Кристиной Дробыш. Артистка тонко на одних нюансах играет девушку, почти подростка, которая страдает от того, в чьей семье вынуждена жить. Она диковатая, нервно-надломленная.

Иван Кушнерук в роли Питера Муни, незнакомца. Фото предоставлено Национальным академическим театром имени Янки Купалы

По сюжету, дочь висельника неожиданно исчезает. Отец подозревает, что ее похитил маньяк. Страх потерять ребенка как будто заставляет героя Денисова хоть на минутку забыть о себе.

Эти сцены драматургически наиболее интересны и, как ни странно, напоминают… «Сымона-музыку». Почему? Ведь в шедевре Якуба Коласа происходит по сути то же самое: родителям плевать на своего сына. Он их раздражает, злит своей непохожестью. Над ним издеваются, насмехаются. То же самое происходит и в пьесе Макдонаха. Едва ли не каждый герой из «Висельников» пренебрежительно высказывается про бедную девушку. В «Сымоне-музыке» отец прогоняет сына из дома. Точнее, просто хочет припугнуть, но сын поверил и ушел навсегда. Издевательское безразличие к героине Кристины Дробыш заставляет и ее сбежать из этого страшного места.

Инфернальность паба подчеркивается его насыщенно красным, почти кровавым, цветом (стены, бар, ступени), который в сочетании с желтыми креслами создает чувство дополнительного дискомфорта.

Сцена из спектакля. Фото предоставлено Национальным академическим театром имени Янки Купалы

Когда пересматривают спектакль, то обращаешь внимание не столько на остроту сюжета, или неожиданную драматургию, а на самих персонажей.

Перед нами одинаково неприятные в своих страстях герои. Одни (посетители паба) жить не могут без пива. Главный герой – утопает в тщеславии. Бывший помощник висельника (шикарная роль Александра Казелло) – любитель сексуальных извращений. Зловещий незнакомец, о котором думают, что он главный маньяк (интересная роль Ивана Кушнерука) – фанат неоправданного риска. Каждый раб своих страстей. И каждый одинаково равнодушен к другим. Надо, чтобы случилось что-то по-настоящему страшное (исчезновение дочери), чтобы хотя бы на короткое время вырвался из плена безразличия сам висельник и его жена (оригинальная роль Юлианы Михневич).

Режиссер-постановщик Виталий Кравченко. Фото предоставлено Национальным академическим театром имени Янки Купалы

Поэтому спектакль, который постановочно и художественно решен достаточно традиционно, интересен в первую очередь этой неутешительной мыслью. Виталий Кравченко с ненавязчивой настойчивостью проводит мысль о том, что какие бы ужасные вещи вокруг не происходили, если это не коснется лично нас, то и пусть.

Режиссер не становится на банальные рельсы осуждения подобного явления. Он просто констатирует, что безразличие – физиологически нормальное состояние человека. Это нам свойственно так же, как, скажем, крокодилу ухватить антилопу, которая пришла на водопой. Ну, а если ты не хочешь стать крокодилом, то обречен быть чудаком. Таким, каким был Сымон-музыка, или несчастная дочь висельника.

Сергей Пилипченя/ТП,Belsat.eu

Смотрите также
Комментарии