В Бобруйске за избиение милиционеров судят отца и сына. Пострадавший гаишник попросил не лишать мужчин свободы

Игоря и Олега Букас брутально задержали 10 августа. В тот вечер они случайно стали свидетелями конфликта между ГАИ и водителем на площади Ленина в Бобруйске, где как раз проходили протесты против фальсификации выборов. Игорь вступился за водителя, Олег – за отца. В результате обоим грозит до шести лет тюрьмы по ст. 364 УК РБ.

Игорь и Олег Букас в суде Бобруйского района и г. Бобруйска, 4 ноября. Фото: «Белсат»

Первыми пригласили журналистов

Дело рассматривает судья суда Бобруйского района и г. Бобруйска Андрей Литвин. На стороне обвинения – прокурор Наталья Лосева. Игоря и Олега Букас защищают адвокаты Могилевской областной коллегии адвокатов Александр Рыжков и Валерий Севастьянчик.

На первое заседание 4 ноября пустили не всех желающих, а ровно столько людей, на сколько хватило лавок. Как пояснил судья – в связи с эпидемиологической ситуацией. Первыми в зал пригласили всех присутствующих журналистов, как из государственных, так и из независимых СМИ, а потом – слушателей.

Прокурор зачитала обвинение, по которому вечером 10 августа Игорь и Олег Букас «с целью препятствования законной деятельности ГАИ умышленно применили в отношении сотрудников физическое насилие».

Игорь рассказал, что в тот вечер вернулся с рабочей смены, и с женой они поехали к сыну, чтобы обсудить срочное семейное дело: невестку ждала операция, и нужно было решить, с кем в это время будет трехмесячная внучка.

Елена Букас с дочерью перед заседанием. Фото: «Белсат»

Вместе с сыном перед семейным ужином супруги Букас поехали в местный торговый центр приобрести торт. Магазин находится как раз на площади Ленина. Поехали именно туда, так как, как пояснил на суде Олег Букас, семья имеет дисконтную карточку этой торговой сети.

«Понимал, что будут бить – в те дни били всех»

Они припарковались, не доехав до магазина, так как площадь Ленина была перекрыта, и пошли дальше пешком. На своем пути увидели машину ГАИ, сотрудников, еще какую-то машину. Рядом женщина просила, чтобы кого-то отпустили и не наказывали.

«Я решил подойти спросить, что случилось, – рассказал Игорь. – Оказалось, человека собираются штрафовать якобы за отсутствие техосмотра. Я тогда обратился к инспектору –Владимиру Меньшову, с просьбой отпустить водителя, так как теперь же не наказывают за техосмотр. И потом сказал роковые для меня слова, что у него самого на лобовом стекле служебной машины нет наклейки о пройденном техосмотре».

По словам Игоря, после этих слов сотрудник ГАИ поднял руку, махнул в сторону милиционеров в полной экипировке (как выяснилось на суде, это были сотрудники бобруйского отделения департамента охраны), и сказал: «Пятеро ко мне, задерживаем активного».

«Я еще удивился, это меня – активного? В чем моя активность? Я уже вообще отходил оттуда, –говорит Букас. – Меньшов взял меня за руку, та женщина, что там была, начала кричать – за что вы его задерживаете? Что он сделал? Также мой сын спрашивал, за что меня задерживают. Я слышал топот сзади –бежали милиционеры. Я понимал, что меня, скорее всего, будут бить, потому что в те дни били всех».

«Милиционер сел на меня и начал давить дубинкой на кадык»

Испугавшись возможного избиения, Букас попытался освободиться и ударил в область затылка Меньшова, который его держал. Сам Меншов на суде утверждал, что не брал Букаса за руку.

Перед заседанием суда Бобруйского района и г. Бобруйска, 4 ноября. Фото: «Белсат»

«Я сумел вырваться, но в тот момент увидел, как сыну заламывают руки, – рассказывал далее Игорь Букас. – Еще секунда, и сын бы упал лицом на асфальт. Я тогда схватил сзади милиционера, который его держал. У меня не было цели препятствовать задержанию, я просто боялся, что сын упадет и разобьет голову. И в этот момент я получил удар по почке, потом под затылок. Я потерял сознание, упал. Когда пришел в себя, на меня сел милиционер, и начал давить дубинкой на кадык».

Потом, по словам Игоря, подошел еще один сотрудник и сломал ему нос.

«У меня долго шла кровь. Тот милиционер еще пытался сказать, что это я сам упал, разбил губы, и поэтому была кровь, но экспертиза показала, что губы и лицо у меня были целые, а нос сломан», – сказал Букас.

По словам мужчины, милиционеры утверждали, что они с сыном были пьяны. Но в тот же вечер после задержания была экспертиза на алкоголь и наркотики, согласно которой «все показатели вышли по нулям».

«И теперь бы бросился заступаться за сына»

После задержания Игорь чувствовал себя настолько плохо, что его отвезли в больницу. Там диагностировали ушиб почки, подозрение на сотрясение мозга.

«Били до потери сознания – по лицу и гениталиям, угрожали выбросить за Куропатами». Минчанин – об издевательствах силовиков

«Хотели госпитализировать, но я отказался, сказал: у меня сын в СИЗО, я не останусь в больнице, и к сотрудникам милиции не буду иметь претензий, – рассказывал Игорь. – Последствия ушиба почки у меня были еще в течение двух месяцев – давление поднималось за 200».

Игорь Букас сказал в суде, что раскаивается в том, что вмешался в ситуацию с гаишником, что ударил его, и лучше всего было бы пройти мимо. Насчет второго эпизода, когда он схватил милиционера, задерживавшего Олега, Игорь сказал: «Я бы и сейчас бросился заступаться за сына».

«Вас никто не собирался задерживать, вам лично никто не угрожал – зачем вы били?», – спросила прокурор.

Игорь и Олег Букас в суде Бобруйского района и г. Бобруйска, 4 ноября. Фото: «Белсат»

«Когда говорят «этого забираем», и после этого несутся эти в шлемах с палками наперевес, понимаешь, что явно они не обниматься к тебе бегут, – ответил Букас. – Тем более, мы видели, что в те дни творилось в Минске, мы понимали, что происходит, и было страшно».

Участие в массовых мероприятиях, протестах, политические мотивы пребывания на площади в тот вечер Букасы отрицают.

«Просил прощения. Хотя не знал, за что, все равно просил»

Олег бросился заступаться за отца, когда увидел, что его задерживают.

«Я увидел, что отец лежит на земле, у него идет кровь. Я делал это все [ударил милиционера], чтобы не дать забрать отца. Мне было страшно, что и меня будут бить, – рассказывал на суде Олег Букас. – Во время очной ставки я просил у сотрудника ГАИ Меньшова прощения. Хотя я не знал, за что, но все равно просил и за себя, и за отца. Меньшов принял извинения, сказал, что он незлопамятный».

Инспектор ГАИ Владимир Меньшов рассказал суду, что вечером 10 августа «нес службу возле исполкома, там на тротуарах стояли люди, которые высказывали свою гражданскую позицию». По Меншову, водители там «делали карусели» – ездили вокруг здания исполкома и подавали звуковые сигналы. Одного из них остановили, и там сразу, по словам гаишника, собрались «агрессивно настроенные люди». Другой сотрудник, Олег Полесский, выступавший как свидетель, рассказал, что люди называли милиционеров «фашистами, бандитами», кричали, чтобы они отпустили задержанного.

По словам Меньшова, изначально у него не было цели задерживать отца и сына Букас, и сотрудников департамента охраны он позвал, так как вокруг него «начала собираться агрессивно настроенная толпа», и гаишник испугался за то, что может быть дальше.

«Я не исключал, что меня могут держать и дальше». Активист Володар Цурпанов вышел после 43 суток ареста

В конце своих показаний Владимир Меньшов сказал, что он не держит обиды и зла.

«Я понимаю, что время назад не повернешь, но я верю, что эти люди поняли свои ошибки, сделали выводы, и в дальнейшем не перейдут границу закона. Я понимаю, что они могли оказаться у не в том месте и не в то время, – говорил сотрудник ГАИ. – Мужчины просили прощения, я принял. Поскольку они уже отбыли определенный срок за решеткой, я обращаюсь к суду с просьбой не наказывать их строго, не лишать свободы».

Из-за решетки смотрел на фотографии дочери

Семья Букас на суде увиделась впервые с 10 августа – пока мужчины были в СИЗО, свиданий с родными им не давали.

Елена рассказала, что ее мужу, Игорю Букасу, 54 года, он окончил Воронежское военное училище и Академию МВД в Минске, работал участковым, потом старшим оперуполномоченным уголовного розыска в Бобруйске. В 2001 году ушел из органов по собственному желанию. Служил в Таджикистане. Сейчас работает водителем на Бобруйской птицефабрике «Вишневка». Сыну Олегу 24 года, вместе с матерью работал курьером, накануне задержания устроился водителем в российскую фирму, начать работу так и не успел.

Олег Букас и его жена Анна все заседание смотрели друг на друга. Анна показывала Олегу сердечко из пальцев, а также увеличенные на телефоне фотографии маленькой дочери.

Елена Букас, жена Игоря, после суда отметила, что и муж, и сын заметно похудели за эти месяцы. Но не теряют силы духа. Стараются держаться и женщины, хотя, говорит Елена, им тяжело, так как они одновременно остались без обоих кормильцев семьи, кроме того, у Анны на руках – младенец.

Женщины убеждены, что наказывать Игоря и Олега не за что, и надеются на справедливое решение суда. В суде над отцом и сыном Букас объявлен перерыв до 11 ноября.

НА/АА, Belsat.eu

Новости