Три доллара на оздоровление: как сегодня живет ликвидатор аварии на ЧАЭС в Украине

Интервью

В последние годы в Украине тема Чернобыльской трагедии звучит не так громко, как в первые декады после катастрофы. Тогда ликвидаторы приняли на себя первый удар неуправляемого атома. Однако до сих пор многие из них героями себя не считают и говорят, что просто выполняли долг перед родиной. Помнит ли государство их подвиг и каково это – носить статус ликвидатора? К очередной годовщине трагедии на Чернобыльской АЭС «Белсат» подготовил серию материалов о судьбах ликвидаторов – из современных Беларуси, Украины и России.

Наш первый герой – Сергей Рябов из украинской Волновахи.

За спиной Сергея Рябова – накрытый саркофагом 4-й энергоблок. Фото из семейного архива героя

Конечный пункт назначения – Чернобыльская АЭС

Давно знаю в лицо этого седого мужчину: мы прихожане одного православного храма. Но то, что Сергей Егорович Рябов – участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, узнала случайно, когда искала героя для материала. Он добросовестно посещает все службы, помогает при храме. Дома ухаживает за больной матерью. А о Чернобыле каждый день напоминают ликвидатору болезни и социальная несправедливость.

В 1987-м Сергею Рябову было 24, он жил и работал водителем в городе Волноваха, районном центре на Донетчине. Вызов в военкомат получил весной. Явился, как положено. Прошел комиссию. А 22 апреля с товарищами, призванными также через военкомат, его отправили сначала в Мариуполь. Только на перроне перед поездом молодые люди узнали о конечном пункте назначения: Чернобыльская АЭС.

— До Мариуполя мы не знали точно, что нас ждет. Получили приказ, Батькивщина позвала – сели и уехали. Так нас воспитали. Но сначала было две версии: ЧАЭС или Молдавия, где произошло сильное землетрясение. Оказалось, что первое, – вспоминает Сергей Егорович.

Припять. Коллеги С. Рябова. Сергей Егорович – автор снимка. Фото из семейного архива героя

Поезд привез их в город Белая церковь. Там ребят пересадили на машины и – в 7-ю зону, переодеваться в военную форму. А дальше – село Оране, менее, чем в 30 километрах от Чернобыля, и 25-я бригада.

Каждый день «грязными», то есть зараженными машинами их везли работать на станцию.

— Что делали? Долбили отбойными молотками бетон между 3-м и 4-м энергоблоками, которым сразу после аварии заливали станцию с авиации. Третий энергоблок собирались запускать, а между ним и четвертым была общая труба, ее нужно было очистить от бетона. Также мы занимались дезактивацией, то есть устранением радиоактивных веществ с поверхности различных сооружений на станции, – рассказывает Сергей Рябов.

Так 10 дней. А после Сергея перевели в штаб оперативной группы гражданской обороны СССР в Чернобыль, в разведывательный отдел на должность дозиметриста. В отделе их было четверо: два дня в штабе, два – на выезде. Снимали по всей зоне и вокруг радиационную обстановку, каждый день передавали сводки и данные командованию в Москву.

Привкус ржавых гвоздей

— Первое ощущение влияния радиации – железный привкус во рту, привкус ржавых гвоздей, – до сих пор вспоминает ликвидатор.

Бронированная разведывательно-дозорная машина в 25-й бригаде. Такая техника применялась в первый год ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. С.Рябов на снимке – крайний справа. Фото из семейного архива героя

Затем его снова вернули в бригаду, снова дезактивация, различные строительные работы: перекрытие крыш, штукатурка, помощь гражданским рабочим. С родными, которые ждали-переживали дома, общались по телефону – была такая возможность – и писали письма.

— Никакой романтики я вам не расскажу… Работали, добросовестно выполняли поставленные задачи, потому что это был наш долг перед страной и людьми. С местными не общались, но знаю, что уже тогда люди возвращались в 30-километровую зону, в заброшенные жилища. Особенно люди старшего возраста. Дозу, свои 10 рентген, я набрал через два месяца. Такой была наша норма, а в 86-м она составляла 25 рентген. Ученые, с которыми общался на станции, советовали по возврату баню, пиво и вообще много жидкости, чтобы «вымывать» радиацию с потом, – делится воспоминаниями Сергей Рябов.

Два месяца, 30 выездов на станцию. Остальное время – в Чернобыле, на территории бригады. Каждый выезд полученная доза облучения фиксировалась, а вот на территории части за пределами 30-километровой зоны – нет…

Стела у въезда на станцию. С водителем и напарником. Сергей Рябов – в центре. Фото из семейного архива героя

Домой из Белой Церкви добирались уже своими силами – обратную дорогу государство не посчитало нужным обеспечить.

До войны на Донбассе ликвидаторам жилось легче

Последствия нахождения в зоне поражения дали о себе знать в 90-х. Сергей Егорович тогда работал водителем грузовиков. Начались головные боли, дезориентация за рулем. Обратился в больницу – гемоглобин зашкаливал. На место шофера больше не сел. Сегодня у него – группа инвалидности, несколько «радиационных» диагнозов и статус участника ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС 1-й категории, приравненный к инвалидам войны. Регулярно лечится в стационаре.

Кстати, и сейчас продолжает бесплатно обслуживаться в больнице профзаболеваний в оккупированном Донецке: на это события последних лет не повлияли.

«Грязные», то есть зараженные машины, не выезжали за пределы зоны. Такие автомобили развозили офицеров и гражданских рабочих непосредственно по станции. Фото предоставлено героем

Как ликвидатор Сергей пользуется коммунальными льготами, ему возмещается 100 % стоимости услуг (это касается только 1-й категории, не приравненным к инвалидам войны чернобыльцам покрывается только половина). А вот льготами на бесплатный отдых воспользовался лишь дважды: в 2010-м съездил в Трускавец, в 14-м успел в Крым.

— Думал, буду ездить по очереди на полуостров и в Карпаты. Но на тех поездках все и закончилось: во-первых, началась война, во-вторых, так сложились семейные обстоятельства, тяжело заболела мать. Один раз, правда, воспользовался бесплатным проездом в поезде: недавно съездил к дочери в Харьков, – делится Сергей Рябов. – Зато теперь я получаю смешную компенсацию 120 гривен (около $ 4,5 – прим. belsat.eu), в то время, как путевка стоит 6-7 тысяч (около $ 225-260 – прим. belsat.eu), и еще какие-то 90 гривен (около $ 3,5 – прим. belsat.eu) – видимо, на оздоровление. Чтобы получить это жалкое возмещение, надо еще соответствующую комиссию пройти.

Пенсия у Сергея Егоровича – 6,5 тысяч гривен (около $ 240 – прим. belsat.eu).

С военнослужащими 25-й бригады, село Оране. Сергей Рябов – в верхнем ряду в центре. Фото из семейного архива героя

Если брать вообще, то до войны на Донбассе, говорит он, чернобыльцам жилось легче, была возможность отстаивать свои права. Раньше они ездили в столицу, чтобы донести свои требования властям. В 2011-м голодали возле Пенсионного фонда Украины, требуя, чтобы пенсии ликвидаторам и пострадавшим вследствие аварии на ЧАЭС выплачивались в соответствии с их «чернобыльским» Законом.

— В 2007-м чернобыльцы по всей Украине судились, чтобы получать пенсии по нашему Закону. В 2011-2012 мы снова проходили суды, чтобы вернуть чернобыльские пенсии, которые отменил Виктор Янукович. Кто прошел, тот получает их сегодня по чернобыльской зарплате, кто по разным причинам нет – минималку, копейки. То есть, не понятно, по каким правилам нас разделили, и несправедливость эта до сих пор не исправлена, – говорит Сергей Рябов.

Смотрите также – как живет уцелевшая после взрыва на ЧАЭС деревня

Деревня Заборье, Брянская область

В поселке Заборье нет магазина, но есть фельдшерско-акушерский пункт. И если есть хотят все без исключения, то помощь акушера вряд ли нужна пенсионерам… Смотрите видео из села, чудом уцелевшего после взрыва ЧАЭС.

Opublikowany przez «Белсат» по-русски Piątek, 26 kwietnia 2019

Не пиарьтесь на нас!

Компенсации, льготы и пособия чернобыльцам предусмотрены Законом Украины «О статусе и социальной защите граждан, пострадавших вследствие Чернобыльской катастрофы» и другими нормативными актами.

Потерпевшим 1 и 2 категорий должна возмещаться ежемесячная стоимость питания по медицинским нормам; чернобыльцам, согласно категорий и групп инвалидности, детям, потерявших родителей из-за аварии, эвакуированным – оказываться ежегодная помощь на оздоровление. Согласно Закону, предоставляется единовременная компенсация за вред, причиненный здоровью; детям, ставшим инвалидами вследствие ЧАЭС; за потерю кормильца-ликвидатора. Один раз в год 1 и 2 категориям возмещается стоимость проезда междугородным транспортом по Украине в оба направления, а в случае отказа – предоставляется денежная компенсация, как и в случае неиспользования оздоровительной путевки.

Сергей Рябов: «Мы не герои. Мы просто добросовестно выполняли свой долг перед страной и людьми». Фото предоставлено героем

Специалисты служб социальной защиты в Волновахе, где живет Сергей Рябов, и в Киевской области, к которым мы обратились за комментарием, заверили, что все льготы, прописанные в Законе, актах и постановлениях, всем ликвидаторам последствий катастрофы на ЧАЭС государством предоставляются. Также чернобыльцы пользуются льготами на коммунальные услуги, получают денежное возмещение за твердое топливо, имеют право на бесплатный проезд в общественном транспорте, электричках.

На деле же все не так радужно. Например, в тех же частных маршрутках водители, по договоренности с властями, гарантируют бесплатный проезд чернобыльцам. Но больше одного льготника не берут. Поэтому, если не повезло и ты не первый – будь добр, плати.

— Знаете, сейчас мы боимся только одного: чтобы не забрали у нас того, что имеем, как это уже не раз бывало. О том, чтобы бастовать или качать какие-то права, речь сегодня вообще не идет, – говорит наш герой. – А к государству и власть имущим у нас претензия только одна, хотя, лучше сказать, не претензия, а просьба: взялись, написали Закон – выполняйте! Не пиарьтесь на нас, как вы это любите делать, а просто дайте нам реальную возможность пользоваться нашим Законодательством! – обращается к власти и чиновникам Сергей Егорович.

Читайте также истории российского и белорусского ликвидаторов Чернобыльской аварии

«Наверное, хотелось жить». Как любовь спасла ликвидатора Чернобыльской аварии

Алена Мержевская, belsat.eu

Смотрите также
Комментарии