«Стараться спрятаться от современности – это абсурд!» Дизайнер Андрей Ларри – о реставрации белорусских замков

ВИДЕО

В феврале закончилась реставрация северной башни Гольшанского замка, своей очереди ожидает северо-западная стена. Журналисты восстановление назвали примером хорошей, добросовестной работы. Но далеко не всем историческим объектам, попавшим в прежнюю государственную программу «Замки Беларуси», так повезло. Например, восточный флигель дворца в Ружанах все еще ждет нерегулярных денежных траншей от государства, и когда денег нет, то работы, собственно, и не проводятся. Или Лидский замок, который хотели «сдать» к «Дожинкам-2010» и где кирпичи лежат прямо под стеной.

Какой должна быть современная белорусская реставрация и кто должен ухаживать за памятниками? Свое мнение высказывает член архитектурной секции Общества охраны памятников и дизайнер Андрей Ларри.

Нравится ли вам результат нынешней реставрации башни Гольшанского замка?

Мне нравится, и это мнение составлено из положительных ответов на целый ряд вопросов:

  • работы велись в соответствии с законодательством и рекомендациями международных хартий в области охраны наследия;
  • минимальный бюджет рассчитан так, чтобы этап строительства имел законченный вид;
  • местное сообщество вовлечено в процесс развития и положительного переосмысления своего достояния;
  • памятник как площадка бесконечных споров перешла в поле общественной консолидации.
Гольшанский замок – одно из самых красивых зданий Великого Княжества Литовского

Насколько я помню, работы на руинах Гольшанского замка для восстановления северной башни – далеко не первые, и подводить сегодня стоит результаты целого комплекса мероприятий. На первом этапе несколько лет назад от зарослей и мусора была очищена вся территория и контуры бывшего замка. Впервые за долгое время архитектурное наследие открылось для исследователей, проектировщиков и всех, кто имел желание познакомиться с этой «скрытой историей».

Для рэстаўрацыі Крэўскага замку збіраюць камяні праз сацыяльныя сеткі

Наибольшее же достижение проекта, что это чуть ли не единственный сегодня значительный памятник, на котором работы проходят почти бесконфликтно! Это результат, пожалуй, самого важного процесса – договоренности.

Из года в год общественная организация Белорусский ICOMOS и проектная организация «Неф-проект», которые занимаются памятником, привлекают к этому делу и открыто знакомят с ним все возможные общественные круги: краеведов-любителей, ученых, проектировщики, местных жителей, чиновников и т.д.

Сначала замок принадлежал знаменитому роду Сапег, но со второй половины XVII века он начинает переходить из рук в руки

А реставрация – это дело государства, общественности или всех вместе?

Государство – это и есть общественность. Когда мы в большинстве своем это осознаем, то перестанем строить баррикады, бороться с ветром, а начнем действовать, начнем договариваться.

Именно местные власти вместе с населением должны принимать сознательное самостоятельное решение, что делать со своим наследием, где находить средства для его содержания, восстановления или уничтожения.

Перыяд паўраспаду. Як «рэстаўруюць» унікальны Гальшанскі замак

Как вы это видите?

Для начала мы должны научиться сомневаться в своих мыслях и действиях.

Какие проблемы имеет белорусская реставрация и что с ними делать?

Сегодня политика Министерства культуры диктует очень простую однозначную модель работы с памятниками архитектуры: «научная реставрация». Простыми словами – делай, как было, и будет счастье. Внимание, подчеркиваю, здесь ни слова о культурных ценностях, которые всегда нематериальные, здесь ни слова о наших чувствах, будь это памятник Богдановичу, или же Калинину. Так же как и намеренное игнорирование потребностей современного общества.

Вместо этого – изучение и исследования. В конце концов, такое ощущение, что памятники принадлежат исключительно исследователям. На вопрос, кому реставрация нужна и зачем, нет ответа и в новом Кодексе о культуре, там снова о «научности» реставрации камней, о контроле, учете и исследовании…

Лидский замок. Фото vandrouki.by

А что такое тогда современная реставрация?

Попробую сформулировать сегодняшнее мое понимание термина «реставрация». Это процесс возвращения памятнику его достоинства в глазах общества, выявления и расширения ценности места, явления или вещи, ее остатков или же целой.

Реставрация – это не «как было», это как есть сегодня в наших головах, ценность или нет, в чем ценность, что важно и что мы можем передать нашим потомкам.

То есть в понятие «современной реставрации» входят и пластиковые окна, и стеклянные лифты?

Стараться спрятаться от современности – это абсурд, особенно когда мы думаем об устойчивом развитии, о будущем!

Размышления о вредности использования современных технологий и материалов при реставрации памятников приводят чаще наших проектировщиков к решению скрыть эти вещи под шубой «стиля под прошлое», чем наносится гораздо больший ущерб восприятию и виду исторических зданий.

Если внимательно исследовать любое здание, которому больше сотни лет, можно всегда зафиксировать целый ряд перестроек, наслоений, из которых на самом деле и состоит каждая индивидуальная история. Не надо забывать, что наше время, также как и предыдущие времена, должно оставить на памятнике свой след, продолжив тем самым его жизнь. Надеюсь, что будет этот след современным и привлекательным, удобным и понятным.

Где, в таком случае, пролегает граница между «мы оставляем свой след» и «что это за лишь бы что вместо замка вышло»?

Если мы очень хотим увидеть лишь бы что, где бы граница ни пролегала, будет лишь бы что. И наоборот, если мы хотим увидеть замок, сколько бы лишь бы чего ни было, мы обязательно замок увидим.

НХ/АА, belsat.eu

Смотрите также
Комментарии