«Спихнуть все на Лукашенко не удастся». Почему гродненский хоспис стал опасным для властей и что с ним сейчас?

В экономическом суде Гродно 1 декабря началось рассмотрение дела о лишении детского хосписа аренды одного из помещений. Как и почему организация, работающая с тяжелобольными детьми, стала представлять опасность для гродненского правопорядка?

Гродненский хоспис. Фото: belsat.eu

Детский хоспис работает в Гродно 13 лет. Организация помогает приблизительно 70 семьям: это врачебная, социальная, психологическая и духовная помощь неизлечимо больным детям и их родителям. Подопечным учреждения – до 24 лет, у всех сложные диагнозы: онкологические и генетические болезни, патологии нервной системы.

Во время первой волны коронавируса волонтеры хосписа присоединились к движению помощи гродненским медикам в борьбе с COVID-19: в социальной мастерской организации волонтеры шили средства индивидуальной защиты.

Такую помощь даже оценили местные власти: поспособствовали получению нового помещения в урочище Пышки, пообещали помогать с оплатой аренды и коммунальных услуг.

Однако все изменилось после выборов: хоспис из этого помещения выселили, организацию хотят лишить также второго помещения – при городской поликлинике, начались многочисленные проверки – в том числе против директора учреждения Ольги Величко, работников вызывают на бесконечные допросы.

«Хоспис – это о жизни, а не о смерти»

До момента, пока не появился детский хоспис, в Гродно не существовало системы паллиативной помощи, не было организации, которая бы занималась тяжелобольными детьми.

Директор детского хосписа в Гродно: 10 лет мы объясняем, что хоспис – это не место смерти

«Мне было 23 года. Во время моего декретного отпуска ко мне начали обращаться родители тяжелобольных детей. Они меня хорошо знали, до этого я работала в центре реабилитации. Я съездила в республиканский хоспис, посмотрела, как там все организовано, и решила наладить в Гродно паллиативную помощь детям», – рассказывает «Белсату» Ольга Величко.

Очень быстро собралась команда – зарегистрировали организацию и начали работать. Долгое время работники хосписа работали в небольшом помещении, первые 7 лет волонтерили. Постепенно, спустя 13 лет, в Гродно появилась систематическая помощь тяжелобольным детям.

«Мы относимся к ребенку как к человеку, личности, несмотря на то, может он ходить, видеть, разговаривать или нет. Это уважение к личности, а не к ее возможностям, было и остается для меня очень ценным», – отмечает Ольга.

По словам Ольги Величко, достаточно сложно принять то, что ты никогда не сумеешь кого-то излечить. Большинство подопечных хосписа навсегда останутся детьми, они никогда не станут взрослыми. С другой стороны, эта работа очень благодарная: ты знаешь, что эти дети никогда не соврут, не скажут плохого, они всегда искренне радуются тебе.

«Надо этого ребенка положить и ждать, когда он тихонько умрет?»

За время существования хоспис реализовал в Гродно много проектов, включая социальные. Сегодня тяжелобольные дети имеют больше помощи, развивается благотворительность. Правда, по словам директора ведомства, система паллиативной помощи пока несовершенна, еще есть над чем работать, но в какой-то момент они «уперлись в потолок».

Подготовка к ярмарке. Фото: belsat.eu

«Мне иногда говорят: сидела бы ты в хосписе, зачем полезла в политику. Но дело не в политике. Дело в том, что ты не можешь быть оторванным от общей государственной системы, что ты при этой системе не можешь ничего изменить. Когда осознаешь это, то не возникает вопроса, боюсь я или нет. Просто идешь и делаешь дело с пониманием, что ты должен изменить систему», – убеждена Ольга.

Социальную сферу в Беларуси поддерживают по остаточному принципу, стандарты социальной помощи остаются такими же, как их утвердили еще в Советском Союзе.

«У наших детей – четвертая степень потери здоровья. Согласно стандартам, это значит, что они имеют нулевой реабилитационный потенциал, им нельзя в санаторий, в поликлинику на массаж или ЛФК, одни противопоказания у этого ребенка. И что, то есть, нужно его просто положить и ждать, когда он тихонько умрет? И эта история тянется у нас с советского времени. Мир, технологии меняются, а стандарты предоставления социальных услуг как были в глубоком зачаточном состоянии, так и остались», – отмечает Ольга.

В команде хосписа – профессионалы паллиативной помощи

Сегодня в хосписе работают штатные работники и волонтеры. Несмотря на давление, они ежедневно посещают подопечных дома, а сейчас еще готовятся к благотворительным ярмаркам – скоро праздники.

Подготовка к благотворительным ярмаркам. Фото: belsat.eu

«Команда хосписа долго выкристаллизовывалась, и сегодня я могу сказать: это одни из лучших людей в стране, которые понимают, как работать с тяжелобольными детьми и их семьями. Нужно сделать так, чтобы микросистема, построенная в хосписе, могла масштабироваться, чтобы люди из других городов перенимали наш опыт и делали у себя. Мне очень повезло, что я работаю с такими надежными людьми, настоящими профессионалами», – отмечает Ольга Величко.

По словам директора учреждения, команде хосписа сейчас очень тяжело, так как они никогда не работали под таким давлением. Работников по несколько раз вызывают на допросы, которые продолжаются 3-4 часа. А после этого они идут и помогают тяжелобольным детям:

«Им очень сложно. Ежедневно в хосписе ты встречаешься с болью, отчаянием, и это само по себе трудно. Научиться видеть в этом радость жизни не каждый человек способен. Несмотря на давление, мы продолжаем работать, и то, как это делают мои коллеги, – неимоверно».

Преследование хосписа

В сентябре в помещении хосписа в Пашках, которое организация арендовала у Комбината школьного питания Ленинского района Гродно, поменяли замки. Работники не смогли туда попасть даже забрать свои вещи. В этом помещении волонтеры хосписа шили средства индивидуальной защиты для гродненских медиков. Позже из экономического суда пришло исковое заявление о расторжении договора аренды и возмещении убытка якобы за то, что комбинат не пользовался этим помещением.

Кроме этого, хоспис хотят выселить из помещения гродненской детской поликлиники № 2 по улице Гагарина, где организация арендовала кабинет с начала своей работы. Договор аренды заканчивается 23 декабря.

COVID-19 забрал деньги у детей. Хоспис черпает из запасов

22 октября по анонимному заявлению туда пришли с проверкой работники Департамента финансовых расследований. Причина — вероятное уклонение должностных лиц и работников хосписа от уплаты налогов. Состоялся «осмотр помещений». В результате забрали два компьютера, документы о спонсорской помощи, рабочий блокнот директора. Сейчас юристы не могут даже прочитать договора, который с хосписом хотят расторгнуть арендодатели — две государственные организации.

За месяц произошло уже несколько проверок — со стороны милиции и санэпидемстанции. Объяснения берут и у родителей тяжелобольных детей. Давят на основателей хосписа, чтобы повлиять на снятие Ольги Величко с должности.

«Они захотели создать паллиативный центр при доме ребенка. Ладно, можно пожелать им успехов. Но нет, в итоге они решили снять меня с должности и поставить своего директора, забрать хоспис с оборудованием. Нет человека — нет проблемы? Сегодня половина ДФР проверяет, капает. Снимут меня с должности, закроют хоспис, а дальше что? Неужели они думают, что после этого я успокоюсь, что люди успокоятся, что все вернется и будет таким, как раньше?» – рассуждает Ольга.

ДФР ни адвокату, ни директору учреждения, ни журналистам информацию по результатам проверок не дает.

«Закон в Беларуси сломался. Но мы будем бороться до конца. Мы это так просто не оставим. За нами юридическая и моральная правда. Мы делаем это не для своей выгоды, а для людей», – комментирует Ольга Величко.

В начале года в хоспис уже приходили с проверкой, также инициированной по анонимному обращению. Хотя такое запрещает белорусское законодательство. Проверили как организация получает и тратит спонсорскую помощь, собирает пожертвования. Нарушений не выявили.

Занятия с детьми в гродненском хосписе. Фото: belsat.eu

«Диалог с властями никогда не был прост»

Директор хосписа уверена, что причиной такого давления стала ее гражданская позиция и активность. Она была в штабе Виктора Бабарико, собирала подписи за его выдвижение кандидатом в президенты. Во время выборов стала независимым наблюдателем на участках в Волковысском районе, писала в прокуратуру и ЦИК о нарушениях.

После разгона протестов 9-12 августа Ольга Величко вошла в состав инициативной группы неравнодушных гродненцев, которые пытались наладить диалог с властями и создать в Гродно Совет народного доверия. На четыре дня Гродно стал самым свободным городом Беларуси. Власти вышли разговаривать на площадь к 40 тысячам протестующих, была трансляция митинга на местном телеканале. Но это длилось недолго: все договоренности были отменены, начались репрессии против активистов.

«Диалог с властями никогда не был прост. Когда приходишь к чиновникам и говоришь, что есть такие и такие проблемы, они воспринимают это как личную критику. Но это не профессионально. В социальной сфере среди чиновников вообще очень мало профессионалов. Правда, чиновникам со мной тоже нелегко, я всегда говорю как есть, не умею подбирать дипломатических слов», – отмечает Ольга.

https://belsat.eu/news/usyo-rouna-zdohne-praz-nyadbalasts-medykau-hvoraya-na-rak-myanchanka-pamirala-u-pakutah/

По мнению Ольги Величко, сегодня чиновники держатся не за идею, не за Лукашенко, а за свое личное:

«Если чиновник знает, что на самом деле он не профессионал своего дела, когда понимает, что его просто посадили на это место, он будет держаться за эту систему, так как при другой просто не найдет себе другой работы».

За время существования хосписа в Гродно сменились несколько так называемых мэров. Многие гродненцы отмечают, что при нынешнем руководителе Гродненского исполкома – Мечиславе Гойе – город изменился. Именно он согласился на диалог с протестующими и выходил к ним на площадь.

«Он человек системы, которому в какой-то момент не хватило смелости стать героем. У него был шанс войти в историю Беларуси. Если бы он во время августовских событий перешел на сторону народа, на честных выборах люди, возможно, выбрали бы его руководителем. Но чтобы одному идти против системы, нужно быть смелым, не оглядываться, уметь ставить общественное выше личного. Этот человек публично пообещал платить за аренду и коммунальные услуги нашего помещения в Пышках, но своего слова не сдержал, сейчас у нас суд», – рассказывает Ольга.

«Каждый будет отвечать за свои действия сам»

В середине октября во время одного из благотворительных мероприятий для поддержки хосписа Ольгу Величко забрала милиция. Ночь она провела в ИВС, на следующий день был суд, ей назначили штраф в 15 базовых величин «за нарушение порядка проведения массовых мероприятий».

Ольга Величко с мужем Сергеем. Фото: архив героев.

Практически сразу началась и проверка Департамента финансовых расследований и волна травли в анонимных телеграм-каналах.

«Чиновники переоценивают мои возможности, хотят из меня сделать протестного героя. В Гродно были более достойные и знающие люди, мы, работая в одной команде, добились того, что в городе четыре дня воздух пах свободой. Это потрясающее чувство, которое невозможно забыть. Кто однажды это почувствовал, никогда не согласится вернуться в клетку, жить в той системе, в которой жил раньше. Я на такое никогда не соглашусь. И таких людей, как я, очень много», – отмечает директор хосписа.

По словам Ольги Величко, из нее хотят сделать главного революционера, а из хосписа – революционную структуру:

«Я не против, но я еще не заслужила. Они думают, что если устроят публичную порку мне и хоспису, то другие люди испугаются? Но они ошибаются. Это поднимет и возмутит людей еще больше. Это уже видно из тех сообщений, что мы получаем, из океана помощи, поддержки и солидарности, что получает хоспис. За 13 лет работы у нас не было такого никогда».

У гродненского детского хосписа забирают помещение

Люди пишут письма в различные структуры с просьбой прекратить давление на хоспис: в гродненские городской и облисполком, Главное управление юстиции облисполкома, Департамент финансовых расследований. На многочисленные обращения пришлось отреагировать прокуратуре Гродненской области, мол, обращения, поданные в электронном виде, рассматриваться не будут, так как «не содержат личной подписи заявителя».

«Поэтому хотелось бы чиновников и всех людей, которые давят на нас, поблагодарить: продолжайте в том же духе. Ранее не было повода внести в расширенный список санкций ЕС ту же Кулешу (Зоя Кулеша, заместитель председателя горисполкома. – Прим. «Белсата»), сейчас причины есть. Пусть остаются без виз, живут в своей реальности и получают от этого удовольствие, с примитивными стандартами Советского Союза и сталинскими подходами к людям. Если они думают, что после скажут «это нам велели», и им все простят, то ошибаются. Каждый будет отвечать за свои действия сам. И спихнуть все на Лукашенко не удастся», – говорит директор хосписа.

«Меня поставили перед выбором»

Из-за преследования и угрозы быть арестованной Ольга вместе с семьей была вынуждена уехать в Литву:

«Я заплатила большую личную цену за то, чтобы хоспис был таким, каким он есть сегодня. В определенный момент меня поставили перед выбором: я в СИЗО, дети в СПЦ (социально-педагогический центр) или отъезд из страны. Мы разговаривали с детьми о том, что их на некоторое время могут забрать. После, конечно, их забрали бы из СПЦ мои родственники. Мама и муж в итоге убедили, что если я не думаю о себе и готова на все, то стоит подумать о детях. Для меня это было очень трудным решением. Последний вечер перед отъездом я проплакала. И за этот месяц… Я не знала, что могу столько плакать».

Сейчас Ольга Величко вместе с семьей не строят никаких планов: все их планы – в Беларуси. Единственно – Ольга хочет быть полезной независимо от места, где географически пребывает:

«Мы готовы при первой возможности все бросить и вернуться. Конечно, Вильнюс ментально очень близок нам. Но все равно здесь все не то: воздух, которым дышишь, – не то, земля, по которой ходишь, – не та. Мы очень хотим домой, чтобы все это быстрее закончилось».

Саша Правдина/ИР, «Белсат»

Новости