«Ситуация меняется, как на качелях». Что ждет Беларусь в связи с обвалом цен на нефть?

Стоимость нефти американской марки WTИ в понедельник достигла исторического минимума: покупателям доплачивали за ее приобретение. Российская марка «Urals» также подешевела до отрицательного значения, а европейская «Brent» – до 25,8 долларов. Как обвал нефтяного рынка повлияет на ситуацию в нашем регионе и какие политические последствия может иметь? Belsat.eu объясняет вместе с экспертами.

Сначала в течение 20 апреля цена WTI (используется для сделок внутри США) резко опустилась до 15 долларов за баррель, а потом стремительно продолжила падение. Вечером фьючерсы на поставку в мае стоили на бирже ІСЕ минус $ 39,44 за баррель. Производители были вынуждены сами платить покупателям, чтобы те разобрали уже добытые объемы. Как сообщал телеканал CNBC, единственными активными покупателями стали компании, которым нужен ресурс для текущей работы, то есть НПЗ и авиакомпании.

Буровая установка «Стэна Клайд» в Тиморском море. Фото: David Hancock / Anzenberger / Forum

Обвал был спровоцирован тем, что трейдеры начали избавляться от контрактов на поставки, заключенных месяц назад. Тогда распространение коронавируса в США не приобрело таких масштабов, которые наблюдаются сегодня, когда жертв уже более 40 тысяч. Лавинообразный скачок пандемии в Штатах сказался на экономике и в первую очередь – на экспорте нефти. Нефтехранилища по всей стране заполнены, а покупателей делается все меньше. Американские нефтедобывающие компании были вынуждены остановить 13% всех буровых установок.

Вслед за WTI вечером понедельника отрицательной цены достигла российская Urals: она торговалась по минус 2 доллара за баррель, пишет РБК. В течение суток нефть европейской марки Brent, которая традиционно стоит больше американской, опустилась ниже $ 26, а на утренних торгах – ниже $ 20 (на июньскую поставку). Тем временем ситуация с WTI улучшилась: в полдень она стоила уже $ 1,40. До положительного значения вернулась и Urals.

Единственными активными покупателями нефти стали компании, которым нужен ресурс для текущей работы, то есть НПЗ и авиакомпании. Фото: Donat Sorokin / TASS / Forum

После длительных переговоров страны-участницы ОПЕК+ в середине апреля все же договорились о сокращении добычи нефти до 9,7 млн баррелей за сутки, что должно было привести к повышению цен на нефть.

Belsat.eu спросил у экспертов, как эти колебания отразятся на белорусской экономике и что может измениться в белорусско-российских отношениях на фоне обесценивания главного российского энергоресурса.

«Для Беларуси одинаково плохи и низкая, и высокая цена на нефть»

Эксперт в нефтегазовой отрасли Татьяна Маненок говорит, что ситуация на рынке очень неоднозначная, и, чтобы дать ей адекватную оценку, следует знать детали контрактов на поставки нефти, заключенных между российскими и белорусскими НПЗ.

«Насколько я знаю, законтрактовано пока около 2 млн тонн и на момент заключения сделки в начале апреля цена составляла 4 доллара за баррель. Сохранится ли эта цена – сложно сказать, поскольку детали неизвестны.

Очевидно, в условиях катастрофического падения Urals многие страны, в том числе Беларусь будут использовать обстоятельства, чтобы пополнить свои нефтехранилища и запасы топлива по максимуму. Если эта задача будет выполнена сейчас – в мае белорусские НПЗ оптимизируют загрузку, чтобы обеспечить приоритетные поставки нефтепродуктов на внутренний рынок», – комментирует Маненок.

Заместитель «Белнефтехима» Владимир Сезов разговаривает с людьми, которые недовольны ростом цен на топливо в Беларуси. Фото: Belsat.eu

Что касается экспорта нефтепродуктов – там все будет зависеть от спроса. А спрос, в свою очередь, от распространения коронавируса.

«Мы видим, что даже на премиальном [рынке] в Украине стоимость топлива существенно снизилась и спрос также падает. Но я знаю, что на данном этапе пока белорусское дизтопливо и топливо присутствуют в Украине, и белорусские нефтяники намерены полностью выполнить в апреле законтрактованные объемы поставок топлива в Украину.

Дальше все будет зависеть от эффективности экспортных поставок. Уже объявлено, что в следующем месяце экспортная пошлина упадет чуть ли не в 7 раз. Соответственно, разница в ценах стоимости между экспортируемой Беларусью российской нефтью и мировой уменьшится настолько, что не позволит иметь конкурентные преимущества белорусским НПЗ», – говорит Маненок.

По ее словам, если цена на нефть сохранится низкой продолжительное время, поставки будут оптимизированы: в основном, они пойдут на внутренний рынок плюс небольшой объем на экспорт.

Четвертая нефтяная. Как, когда и зачем Лукашенко воюет с Россией

«Если спрос начнет восстанавливаться, цена на нефть, естественно, повысится. Даже Китай уже начинает восстанавливаться понемногу, небольшое оживление мы видим и в Европе. Для Беларуси в одинаковой степени плохи и низкие, и высокие цены на нефть. Надо понимать, что около 70% производства нефтепродуктов у нас – это экспорт, а когда спрос на него падает, НПЗ невыгодно работать себе в убыток. На таком фоне конкурентоспособность белорусского топлива, конечно, будет трудно обеспечить», – объясняет Татьяна Маненок.

А как это может повлиять на отношения с государством, которое является главным поставщиком нефти для Беларуси?

Политолог: конфликтность в белорусско-российских отношениях будет усиливаться

Директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований Арсений Сивицкий в комментарии belsat.eu отметил, что на фоне мирового обвала цен на нефть Россия вряд ли пойдет на снижение цен на поставки ресурса в Беларусь. Но может ли Беларусь каким-то образом воспользоваться ситуацией?

«Коридор возможностей для Беларуси здесь довольно узкий по нескольким причинам. Мы вряд ли сможем воспользоваться беспрецедентным падением цен. Во-первых, с учетом низкого уровня оперативности принятия решений белорусскими властями. Во-вторых, отношения Беларуси и России в нефтегазовой сфере регулируются отнюдь не рыночными принципами. В-третьих, белорусская сторона так и не начала масштабную диверсификацию поставок и серьезных альтернативных игроков на белорусском рынке не появилась.

Кроме того, рынок верит, что в ближайшие недели цена на нефть скорректируется: уже сейчас можно увидеть эту коррекцию, фьючерсы на июнь стоят около 20 долларов за баррель. Цена очень волатильная, поэтому трудно говорить про перспективу заключения долгосрочного контракта, чего как раз добивается Минск».

По словам эксперта, для России такой вариант неинтересен, поэтому стороны будут возвращаться к перманентному конфликту по вопросам поставок энергоресурсов. Москва продолжит использовать этот вопрос в качестве инструмента политического давления на Минск и не намерена отказываться от удержания его в своей сфере влияния. В свою очередь, Минск не собирается идти на полную капитуляцию.

Александр Лукашенко на встрече с Владимиром Путиным в Сочи. 7 декабря 2019 г. Фото — kremlin.ru

«Кремль не отказался от планов углубленной интеграции. Стабилизация отношений в нефтегазовой, кредитно-финансовой, торговой сферах вероятна только в том случае, если Минск пойдет на капитуляцию и подпишет пакет с 31 дорожной картой. Безусловно, пандемия внесла определенные коррективы в политическую повестку дня. Как только вопрос эпидемии в течение ближайших месяцев будет закрыт, российское руководство вернется к этому вопросу.

На фоне последствий пандемии и приближения глобального шока, новой большой рецессии, Россия имеет не так много возможностей сохранять социально-политическую стабильность. Как бывало и раньше во время экономических кризисов, есть вероятность, что Кремль пойдет на очередные внешнеполитические авантюры, чтобы отвлечь внимание общества. Поэтому и Беларусь, и Украина могут оказаться в зоне риска. Конфликтность будет только усиливаться», – полагает Арсений Сивицкий.

Арабы помогут. Откажется ли Лукашенко от российской нефти?

КА/АА belsat.eu

Новости