По меньшей мере Br 3 млн потратило государство на затирание следов перемен

Прошло два месяца протестов не только на улицах, но и на стенах. Улицей занимаются силовики, надписями и граффити – коммунальщики, хотя и первые, и вторые неоднократно были приглашены к переходу на бело-красно-белую сторону. «Белсат» подсчитал, сколько денег вбросили коммунальные службы в наведение старого порядка и выяснил, работает ли это.

Работа минских коммунальщиков в первый месяц протестов стоила Br 750 тыс. Об этом сообщил начальник управления городского хозяйства Мингорисполкома Владимир Лебедь. После него чиновники не озвучивали сумм, которые тратят на доведение городов и местечек до порядка, который хочет видеть вертикаль Лукашенко.

Мурал, посвященный Нине Багинской. Фото от читателей

Скорее всего, за второй месяц протестов темп работы коммунальных служб не уменьшился. Об этом свидетельствуют регулярные встречи белорусов в протестных двориках, новости о новых вывешенных флагах и лентах или возобновленные после предварительного замазывания муралы. Поэтому за два месяца протестов в Минске коммунальные службы могли потратить как минимум полтора миллиона рублей. Труднее понять, сколько сил и средств пошло на борьбу с партизанским движением в регионах.

Мы собрали в СМИ и популярных телеграм-каналах сообщения о новых надписях, муралах, флагах, наклейках и лентах, которые появились за последнюю неделю и вывели примерное соотношение активности минских партизан по сравнению с региональным – 5:6. таким образом за два месяца протестов в регионах коммунальные службы могли потратить Br 1,8 млн. Поэтому в целом отмывание всей Беларуси от наклеек, муралов и лент может стоить более Br 3 млн. бюджетных денег.

Сотрудники МЧС снова занимаются делом. Фото от читателей

Это расходы, которые прошли через коммунальное хозяйство. Но иногда снимать флаги с домов приезжали службы МЧС. Штраф за безосновательный вызов спасателей – это минимум 4 базовых (Br 108). Можем считать, что столько стоит выезд сотрудников МЧС на работу. Известных нам случаев вызова спасателей на снятие флагов было около 15. Таким образом, минус еще минимум Br 1500 из бюджета. Обычно вместе с МЧС снимать флаги приезжали спецслужбы и милиция. Милиционеры часто защищали коммунальщиков во время работы.

Коммунальщики борются, но эффективно ли?

Многократно закрашенный и восстановленный мурал в Молодечно. Ультиматум. Фото от читателей

Делают это разными методами, но не все из них срабатывают. Наиболее распространенный способ – замазать стену разбавленной краской. Но он нечасто срабатывает – жители смывают краску и восстанавливают рисунки. Иногда разбавленная краска попросту не брала муралы.

Мурал «диджеев перемен» в квартале Солидарности в минском микрорайоне Запад. Фото от читателей

Надписи перемен — потребность времени, они смысловые и часто – красивые, а зарисовывание только портит стены – считает житель Осмоловки и городской активист Андрей Эзерин:

«Что касается нашего квартала, который можно считать историческим, то совсем недавно здесь происходила реконструкция под наблюдением профессиональных архитекторов и реставраторов. Наши стены хорошо обработали и покрасили по особой технологии и специальными красками. Сейчас же квадратами зарисовывают наши стены – это неэстетично выглядит. Масленой краской закрашивают минеральную, которая немало стоила».

Протестующие часто усложняют задачу коммунальщикам. Например, ставят флаги посреди пруда. Тогда коммунальщики пересаживаются в лодку. Бывало, что пересаживались даже в подъемники, чтобы снимать флаги и плакаты с балконов. В Лебяжьем большой бчб-флаг сделали из скотча. Убрать его пытаются уже второй день.

16 октября коммунальщики снимали флаг, сделанный из скотча. Фото от читателей

Креативно не только содержание рисунков, но и то, как протестующие исправляют действия коммунальщиков. Так когда в очередной раз мемориал Тарайковского засыпали реагентом, люди провели красную линию и получился бчб.

Реагент на Пушкинской в Минске усовершенствовали красной чертой. Фото: Телеграмм @motolkohelp

«Нанесение на здания каких-то рисунков, несогласованных с местными властями, – это административное правонарушение. Но что же такое сейчас административное правонарушение, когда в Беларуси нарушаются права граждан?», – утверждает Григорий Костусев, который был руководителем ЖКХ на Могилевщине.

Например, мурал «Ди-джеи перемен» нарисован на части вентиляционного помещения подземного паркинга, который относится к товариществу собственников, а не ЖКХ.

«Если стена на балансе товарищества собственников, то вопрос решается на общем собрании. Утверждают мурал, совместно приобретают краску. Если стена на балансе в городе, то, понятно, что это чужое имущество. Формально нужно иметь разрешение, чтобы наносить мурал. С другой стороны есть граждане, которым небезразлична городская среда. Это не ругательство, это не то, что мы видим в подворотнях. Если говорить о мурале с ди-джеями, то тут не в юриспруденции дело, а в политике. Честно говоря, у нас до сих пор течет ржавая вода в Минске. Лучше бы они своими проблемами занимались, а не резали ленты и флаги во дворах», – считает директор Инициативы «Эффективное управление городами» Владимир Новосяд.

«Они закрашивали – мурал возвращался»

Мурал во дворике на Червякова в Минске восстанавливают снова и снова. Фото: читатели Радио Свобода

Мы поговорили с Юлией, жительницей дворика на Червякова, где местные борются за мурал «ди-джеи перемен». Изображение появилось 12 августа. Его восстанавливали уже более 10 раз.

«Мы не знаем, кто его сделал, но он нам нравится. Этот мурал украшает нашу площадь. Поступок ди-джеев произошел как раз недалеко. Тогда только-только начала формироваться дворовая община. Не помню, сколько первый мурал висел, но его довольно быстро закрасили. Через день он появился опять – закрасили. И так далее».

Обычно этим занимались коммунальщики. Позже эту работу начали выполнять правоохранители.

Плошча праўды. Фота ад чытачоў

«Некоторые были в форме, но были и какие-то непонятные мужчины в штатском. Никто не представлялся. Со временем это превратилось в войну между нами. Они закрашивали – мурал возвращался снова. Кто-то понял, что это акриловая разбавленная краска.

Люди начали оттирать мурал, и у них получилось. Его не надо было переделывать. Пару раз так было. Они ставили вокруг стражу, чтобы мы не могли подойти. Как-то раз закрасили странной краской, которая страшно воняла, а это на детской площадке. Мы в санстанцию обращались – получили отписку».

Юлия рассказывает, что во дворик правоохранители не возвращаются уже примерно 10 дней, мурал тоже не трогают. Считает, что переключились на Лебяжий. Но если что, жители готовы восстанавливать мурал.

«Первый мурал был распечатан и клеился. Теперь это трафарет. Это довольно быстро делается. Распыляется с баллоном или прокатывается краской. Помню, у нас стена после всех этих действий была в таком страшном состоянии, что мы ее облупили, покрасили хорошо и тогда уже нанесли мурал».

Бчб-символика во дворах микроона Уручье в столице. Фото от читателей

Борьба происходит и с лентами. В последний раз их вообще подожгли.

«Было два мужчины в штатском. Один поджигал. Эти ленты постоянно подрезают, но участков даже не убирают за собой. Мы их собираем и вяжем обратно. Ленты все более короткие.

В последний раз они были настолько коротки, что забор был в узелках. Их неудобно срезать. Они решались на поджог. Это был ужас, синтетика расплавилась. Иногда красили эти ленты из баллонов. Это все происходило где-то в 3-4 ночи».

Раньше это делали в 11-12 часов дня. 15 сентября, когда на «площадь перемен» в очередной раз приехали силовики, дворик защищал Степан Латыпов. Тогда мужчину задержали, и он до сих пор остается на Окрестина, признан политзаключенным.

«Сейчас среди ночи тоже выходят разговаривать. Но они не особо разговаривают. Если один человек выходит, то им более комфортно, чем если 20 человек.

Тяжеловато с ними бороться. Против Степана, который только просил собеседника предъявить документы, завели уголовное дело. Разница в том, что им за это платят, а для нас это удовольствие. Стоим вяжем, пока музыка звучит, концерт».

Партизаны вывесили большой флаг на железнодорожном мосту в Степянке. Фото от читателей

Иногда на срезание лент защитники старого строя присылали более дешевую рабочую силу.

«К нам приводили пьянчуг. Наверное, это люди с долгом к общественной работе. Милиция находит людей, на которых можно нажать и использовать. Мы разговаривали с этими ребятами и говорили, что они не должны это делать. Они ушли.

Я очень отрицательно к такому отношусь, тем более что это здание – имущество товарищества собственников. Хотя, конечно, находится оно в Республике Беларусь».

Диана Раткевич/МВ Belsat.eu

Новости