«Одевали в дубленки даже начальников КГБ». Забытая история мотольских кожухов


Жители деревни Мотоль говорят, что мода на дубленки пришла в Советский Союз именно отсюда. Теперь же местные кожухи шить некому…

«Такой кожух сто лет будешь носить и не сносишь», – говорит Степан Павлович, вытаскивая несколько дубленок и курток, которые когда-то сделал сам.

Мотольские кожухи

Степан Малис шил кожухи более 50 лет. Но перестал – когда прошла мода и исчез спрос.

Отыскать знаменитые кожухи в Мотоле оказалось не так уж просто. Жители современного агрогородка в Брестской области издавна славились своей предпринимательской жилкой. Окруженный болотами городок не имел много земли для хозяйства, однако при этом местные всегда находили способ заработать на чарку и шкварку. После войны они сумели наладить прибыльный бизнес, который сделал городок знаменитым чуть ли не на весь мир.

Степан Малис показывает дубленку, которую когда-то изготовил и пошил сам

В 60-80-х за теплой зимней одеждой приезжали со всех уголков бывшего СССР, Польши и даже Аргентины. Когда закончилась мода, кожухи перестали производить, но некоторые мотольцы еще сохраняют уникальные экземпляры в своих домах.

«За овчиной в Россию ездили — в Калужсукую область, в Брянскую, в Смоленскую. Не каждый овец мог держать, а кожухи почти в каждом доме шили. Море людей приезжало, со всех концов Польши, СССР. В основном в 70-80-е годы торговля процветала. Вся элита белорусская в наших кожухах ходила. Начальники КГБ, особого отдела, прокуратура. Все здесь были. Курточки, пальто, дубленки. Женские, мужские. В год по 200 шкур производили – на один кожух по 6-7 уходило. Спать было некогда, помыться было некогда, даже выпить. Ведь сидишь за машиной, пошил и нужно везти продавать. Адская работа была», – рассказывает Степан Малис.

Знаменитый кожух

Как рассказал Степан Павлович, один кожух стоил тогда 400-600 рублей. А средняя зарплата составляла около 150 рублей. Мотольцы зарабатывали тогда хорошо, многие держали деньги «на книжке» и, как другие белорусы, потеряли свои сбережения в начале 90-х.

Настоящий расшитый мотольский кожух

Нужный цвет для кожуха получали с помощью отвара дубовой коры

Процесс изготовления кожухов был очень тяжелым. Надо было быть сильным физически, чтобы этим заниматься, – вспоминает мотолец.

Степан Малис за рабочим местом

«Берешь овчину, замачиваешь в воде. Потом скребками снимается «нездра» – плева, или если где мясо осталось. Скребешь, пока шкура не будет полностью чистой. Далее надо было делать специальный квас из муки – ржаной, овсяной или пшеничной. Потому что химия съедает, а тут все натуральное, и поэтому долговечное. На литр этого кваса добавляешь 300 грамм соли и неделю надо настаивать. В этот квас кладешь в несколько слоев овчину, через несколько дней меняешь шкуры местами. После высушиваешь и снова вымачиваешь и разминаешь крючком. Растянул и снова чистишь, чтобы было под замшу. А потом уже дубишь».

Настоящий расшитый мотольский кожух

«Дубка» означает особую окраску кожи. Нужный цвет получали с помощью отвара дубовой коры, что делало кожух светло-коричневым. После окраски овчину снова высушивали и только потом начинали шить кожух. Отличительной была вышивка на кожухах разноцветными нитками, которыми украшали одежду. Весь процесс занимал больше месяца времени.

– А сейчас носите кожухи? – спрашиваю у Степана Павловича.

– Ну, конечно! Это же тепло! Это же здоровье!

Настоящий расшитый мотольский кожух

Еврейское наследие

«Здесь еще при Польше много евреев жило, видимо, от них это и осталось», – говорит баба Лена, которая до пенсии была руководителем почты в Мотоле.

Фото из краеведческого музея в Мотоле

И действительно, до Второй мировой войны большую часть населения Мотоля составляли евреи. До 11 лет здесь жил будущий первый президент Израиля Хаим Вейцман. Однако уже в июле 1941 года немецкие войска создали в городке гетто. Через месяц, в августе, всех евреев согнали на базарную площадь, откуда 1400 мужчин вывели в километр от Мотоля в сторону деревни Асовница, заставили выкопать себе могилы и всех расстреляли. На следующий день еврейских женщин и детей согнали в урочище Гай, где их тоже ждал расстрел.

Соседка Лены Филипповны принесла показать свой кожух

«Отец пришел с войны без обеих ног, но также делал кожухи»

Как рассказала Лена Филипповна, ранее в расшитых кожухах ходили в церковь, одевали на праздники. В кожухах колядовали. Хотя кожух сам по себе тяжелый, это было настоящее спасение в морозы. Вышивку делали вручную цветными нитками.

Фото из семейного архива Лены Филипповны

«Наденьте на себя и сами посмотрите. Он тяжелый, но теплый», – предлагает Лена Филипповна, протягивая кожух.

И действительно, несколько килограммов на себе таскать не так уж и легко, но зимой в таком кожухе можно ехать и идти куда угодно.

Отец Лены Филипповны вернулся с войны без ног, но все равно помогал семье шить кожухи

«Раньше у нас все в кожухах ходили. Знаете, после войны и одежды никакой не было. Теперь то хватает, а тогда все было свое. Приезжали с Севера за кожухами. Дом не закрывался. Мужик мой делал, и родители его делали. Мой отец пришел с войны без обеих ног, но также делал. Сейчас молодожены не хотят кожух носить. Да и с ним, знаете, надо же очень осторожно. Моль нападает. Как ходишь, просушивать надо. Ранее то все в газеты завертывали», – говорит Лена Филипповна.

Фото из краеведческого музея в Мотоле

Мотольские кожухи не выдержали конкуренции с китайскими и вьетнамскими товарами. Потом рынок оккупировали кожаные куртки и дубленки из Турции. К сожалению, еще одна уникальная традиция Беларуси потихоньку ушла в небытие. Передавать традиции, учиться на скорняков сейчас некому. Сегодня увидеть уникальную зимнюю одежду можно в краеведческом музее Мотоля или на рождественские праздники, когда местные артисты надевают свои знаменитые кожухи, и как раньше идут колядовать.

Паулина Валиш/АХ, фото Василий Молчанов/belsat.eu

Смотрите также
Комментарии