«Не рыть же землянку, как крот». Ингушские беженцы из Чечни бьются за надежду на жилье

Дети чеченских беженцев в лагере беженцев в Карабулаке, Ингушетия, 22 января 2001 года. Фото – Reuters Photographer / Reuters / Forum

Инициативная группа, представляющая интересы вынужденных переселенцев из Чечни в Ингушетию (около 400 семей), готовит иск в Верховный суд. Они требуют признать незаконным и отменить пункт правил выдачи государственных жилищных сертификатов, который лишил их возможности получить новые квартиры взамен утраченных на Первой чеченской войне.

С середины 90-х годов тысячи семей ингушских переселенцев стояли на квартирной очереди после «наведения конституционного порядка» в Чечне. Понемногу дело шло, за двадцать с лишним лет большинство пострадавших обустроились – при помощи государства, или без оной.

Поправки – без шанса на получение квартиры

Однако, в 2018 году вступили в силу поправки к закону о вынужденных переселенцах, которые ограничили право продления статуса. Это резко снизило шансы на получение квартир.

Например, там сказано, что соискатели должны быть «не обеспеченными жилыми помещениями для постоянного проживания». Эта формулировка неправомерна, объясняют беженцы, ведь жилье может быть ветхим, непригодным для жизни или не соответствовать по величине составу семьи (из расчета 18 м кв на человека).

Группа переселенцев в одной из инстанций Ингушетии. Фото – Belsat.euЧе

Другое обязательное требование для претендующих на госпомощь в жилищном обустройстве – отсутствие у человека в собственности земельного участка, выданного государством. Как кусок земли может помочь социально незащищенным гражданам создать домашний очаг, в законе не разъяснено. Продавать его, как правило, нет смысла – вырученных денег на новое жилье все равно не хватит.

Еще одно условие – неполучение компенсаций. Считать нуждающимися в жилье перестали всех, кто в конце 90-х или начале 2000-х взял выплату от государства – 120 тысяч рублей (чуть больше $4 тысяч после дефолта 1998 года и $1895 на сегодня). Купить на них нельзя было даже комнату, не то что квартиру или дом.

Верховный суд – не указ?

Истцы ссылаются на постановление Верховного суда РФ, который признал еще в 2002 году, что полученная компенсация не предусматривала полного возмещения стоимости утраченной собственности, а являлась мерой социальной поддержки, а также отменил поправку к закону о снятии с учета нуждающихся в жилье тех, кто получил 120 тысяч.

Однако, Федеральная миграционная служба (ФМС) именно по этой причине отказывает в продлении статуса, и это служит еще одним препятствием к получению жилищного сертификата.

Среди не расселенных остались инвалиды, одинокие старики, многодетные матери.

https://belsat.eu/ru/news/esli-by-ramzan-znal-zhitelyam-obshhezhitij-v-groznom-grozit-novyj-god-na-ulitse/

Коридор на сутки, или как становились беженцами

В декабре 94-го, в начале войны, жителям Грозного дали гуманитарный коридор на сутки. Взяв детей и документы, беженцы уходили и уезжали из города.

«Я стала беженкой в 14 лет, – рассказывает многодетная мать Асият Дзаурова. – С мамой и сестрами мы спасались из Грозного, где я выросла. Мы попали в Карабулак (город в Ингушетии – прим. belsat.eu), власти поселили нас в бетонный корпус старого завода. Я тут же простыла, меня увезли по Скорой».

У беженцев не было даже одеял. Город выделил простые армейские, рассказывает женщина. Ими люди закрывали прорехи в стенах и защищались от ветра. Из всей семьи компенсацию на жилье получили только мать Асият и две незамужние сестры, чиновники убедили семью разделить заявления, а потом просто исключили из списков двоих замужних сестер. При этом матери пришлось написать отказ от грозненского жилья, чтобы повысить шансы на обустройство в Ингушетии.

Асият Дзаурова с детьми. Фото – Belsat.eu

Сама Асият стала жертвой мошенников – они по серой схеме обналичили материнский капитал на двух старших детей. Средств она не увидела, зато стала фигуранткой уголовного дела и лишилась возможности получить маткапиталы на четверых младших. По той же причине ее исключили из сводного списка переселенцев.

«Я виновата, что связалась с мошенниками, – признает женщина. – Но почему должна быть наказана дважды? Если бы я получила свою долю средств, я бы купила небольшой участок и поставила бы щитовой домик. Это лучше чем по съемным квартирам жить».

И таких историй множество. Например, тяжело больная 57-летняя Мовлатхан Тумгоева, которая живет на гемодиализе, во время войны оставила коттедж в Старопромысловском районе Грозного. Вскоре в нем поселились местные. Женщина получила компенсацию – те самые 120 тысяч. Сил ходить теперь по судам и бороться у нее нет, единственный сын сидит в тюрьме, внуки – у бабушки по матери.

Перестанут ли люди бежать из Чечни? Интервью с политиком, которая уехала из республики еще 1990-х

Зинаиде Гандаровой – 68 лет. Она инвалид второй группы.

«Я лишилась шикарный двухкомнатной квартиры в Грозном, получила только 120 тысяч. Детей нет, скитаюсь по родственникам», – рассказывает «Белсату» женщина.

Выйдя из Грозного в 1994-м, Зинаида вернулась в свой дом в 2000-м.

«Пришла в свою квартиру. Открыл парень, чеченец. Cказал, что их с матерью туда поселили. Я показала паспорт с пропиской по этому адресу. Он сказал, что они сделали ремонт, я ответила, что я хозяйка и об этом не просила. Вышла мать парня и стала угрожать мне своим братом, работающим в ГРУ».

В 2002, когда Зинаида получила компенсацию, в Ингушетии случилось наводнение, цены на жилье подскочили. Деньги разошлись на жизнь, съем квартиры, лечение.

https://belsat.eu/ru/news/nuzhna-kvartira-sadis-v-tyurmu-nou-hau-ot-rossijskih-sirot/

Офицер, автор ингушского флага – в той же ситуации

Офицер запаса Магомед-Гирей Сукиев, автор ингушского флага и основатель республиканского ОМОНа также остался без квартиры и статуса вынужденного переселенца. Офицерская пятиэтажка в Грозном была разрушена авиабомбой, сейчас на ее месте торговый центр.

«В Чечне у меня была приватизированная квартира, я был советским офицером, много занимался военно-патриотической работой. Когда Чечня решила отделяться от России, я переехал в родную Ингушетию, чтобы во вновь создавшейся республике создавать милицейскую инфраструктуру. Начал создавать ОМОН с нуля. Квартира в Грозном оставалась за мной. Когда из-за войны я ее утратил, получил статус вынужденного переселенца с семьей. А в позапрошлом году нас его лишили из-за наличия у меня земельного участка. Мне выделили много лет назад, как офицеру. Но построить дом у меня нет средств, не рыть же землянку, как крот?»

Магомед-Гирей – отец одиночка, на его попечении пятеро детей, младшему всего два года. Супруга умерла два года назад.

Кадыров не обязан

В феврале прошлого года делегацию переселенцев пригласил глава Чечни Рамзан Кадыров. Как они полагали, для решения их вопроса. Оказывается, Чеченская государственная телерадиокомпания «Грозный», рупор кадыровской пропаганды, снял ролик, где продемонстрировал: эти попрошайки ничего не делают для улучшения своей жизни. Никто, а в особенности Кадыров, ничего им не обязан. И вообще, они прописаны и живут в Ингушетии.

Авторы сюжета на чеченском ТВ упрекнули беженцев, что те снимают и выкладывают в сеть свои собрания, «а также позволяют себе провокационные высказывания в адрес Рамзана Кадырова, который по нормам и законам РФ не имеет полномочий решать проблемы жителей Ингушетии».

Руководитель инициативной группы переселенцев Мадина Дзортова, комментируя сюжет, напомнила:

«Мы покинули места проживания в Грозном из-за войны. У части из нас изъяты правоустанавливающие документы на квартиры, но не проиндексированы денежные выплаты. Даже те, у кого ордера на квартиры сохранились, не могут вернуться в Чечню, их жилье занято посторонними людьми».

По мнению Дзортовой, чеченские власти могли бы помочь восстановить справедливость и вернуть жилье прежним владельцам.

В центре – лидер инициативной группы Мадина Дзортова. Фото – Belsat.eu

Заместитель мэра Грозного Руслан Алисултанов признает, что в Чечне не хватает жилья, поэтому переселенцы не могут вернуться на родину.

Часть беженцев за 25 лет умерла, так и не обретя новый дом вместо потерянного на земле, где Российская Федерация в конце прошлого века решила повоевать.

***

Пункт 7(2) правил выпуска и реализации Государственных жилищных сертификатов, утвержденных постановлением правительства РФ от 5 июля 2016 года № 629, ввел обязательные 7 условий для ежегодного продления статуса вынужденного переселенца со всеми вытекающими льготами:

  • человек (семья) не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилого помещения на территории Российской Федерации;
  • не получали денежной компенсации за утраченное жилье или беспроцентной возвратной ссуды на строительство (приобретение) жилья до 1 января 2003 года;
  • не получали безвозмездной субсидии на строительство (приобретение) жилья до 16 октября 2010 года;
  • не получали социальной выплаты на приобретение (строительство, восстановление) жилого помещения;
  • не получали бюджетных средств на строительство (приобретение) жилого помещения;
  • не получали от органа государственной власти или органа местного самоуправления земельного участка для строительства жилого дома.

Эти основания для продления статуса вступили в силу в 2018 году. Истцы утверждают, что они не соответствуют конституции России, жилищному кодексу и нарушают их жилищные права.

Читайте также:

Лукавые призывы Кадырова. Почему русские не возвращаются в Чечню

Татьяна Левкович для belsat.eu

Новости