«Муштра разгонов». Откровенный разговор с бывшим солдатом внутренних войск

Наш собеседник Кирилл (имя изменено по просьбе парня) полтора года отслужил во внутренних войсках. После службы, с мая, его ничего не связывало с силовыми структурами. Но несколько недель назад Telegram-канал NEXTA добавил его имя в список карателей Беларуси. Хотя Кирилл на момент президентской кампании не имел никакого отношения к силовикам, работает по обычной гражданской специальности. Специально для «Белсата» Кирилл рассказал, как выглядит служба во внутренних войсках, как солдат тренируют разгонять митинги и что он думает о народной мести.

Внутренние войска в центре Минска. Фото: Алиса Гончар / belsat.eu

«Можете ли вы выстрелить в человека?»

Кирилла призвали в армию в ноябре 2018 года. Парню предложили служить во внутренних войсках, куда он прошел без трудностей: не было татуировок, административных правонарушений, хорошо учился.

Среди интересных моментов Кирилл вспоминает, что во время собеседования его спросили, готов ли выполнить приказ – выстрелить в человека. Тогда парень не понимал, зачем об этом спрашивают. Признается, что вообще не знал о такой структуре – внутренних войсках:

«Для меня все армейские части были на одно лицо».

Но отсутствие знаний не помешало попасть именно туда. Прежде всего Кириллу понравилось, что часть была возле родного города.

Не очень дружелюбная атмосфера

Часть Кирилла патрулировала улицы крупного города поблизости. С четверга до воскресенья несколько рот, за каждой из которых был закреплен свой район, следили за порядком, а во вторник и среду имели специализированные занятия. Понедельник – выходной.

Атмосферу парень описывает как не очень дружелюбную. Из плюсов – во внутренних войсках совсем нет дедовщины. Служба там держится на дисциплине.

«Все по уставу, очень тоталитарная обстановка. Но поэтому в армии нет никаких преступлений. Да и сослуживцы с уважением относились друг к другу», – описывает Кирилл свою службу.

Во внутренних войсках солдат ждет усиленная подготовка: физические упражнения ежедневно, бег, отжимания по полчаса утром, идеологические занятия, огневое обучение. И все очень серьезно, не для галочки.

Когда военные перейдут на сторону народа?

Имитация массовых беспорядков

Наиболее Кириллу запомнилась тактическая подготовка внутренних войск. Собственно на этом предмете призывников учили разгонять массовые мероприятия, включая занятия со щитами и дубинками:

«Мы выстраивались со щитами на плацу, имитировали массовые беспорядки. Офицеры обычно выполняли роль гражданских лиц, мятежников, а мы учились им сопротивляться. Приходилось тренироваться и под жарким солнцем».

Кирилл отмечает, что во время этих учений офицеры были гораздо агрессивнее реальных демонстрантов:

«Сильно лупили нас ногами, бросали покрышки, толкали… Учения были точно жестче, чем нынешние события. Это выглядело как муштра».

Кирилл отмечает, что никому не нравились эти занятия. Иногда призывники во время них прямо говорили офицерам, что в случае реальных беспорядков они будут не со щитами и дубинками, а с другой стороны.

Минск, Беларусь. 22 ноября 2020 года. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Откажешься – будут называть хлюпиком

Имеет ли солдат возможность отказаться от выполнения преступного приказа? Кирилл говорит, согласно закону – да:

«Перед каждым выездом на службу полковник дает приказ. Он длинный, написан официальным языком. Напоследок есть интересное указание: кто не может нести службу по своим религиозным, политическим убеждениям или по состоянию здоровья, может выйти. Уже после моей демобилизации один парень отказался выполнять приказ. А потом его начали травить».

Кирилл отмечает, что атмосфера в армии может стать более напряженной. Если раньше солдат могли вынуждать отписываться от крамольных Telegram-каналов, то уже во время президентской кампании их начали ограждать от любой нежелательной информации и создавать информационный вакуум.

«Во время моей службы не было еще открытой ненависти к людям. А, возможно, сейчас протестующих выставляют как чудовищ», – говорит собеседник.

На занятиях по идеологии солдат учили, что нужно любить флаг, герб. Особое внимание уделялось Лукашенко: его слово – закон, ведь он главнокомандующий. Вынуждали заучивать наизусть Уголовный и Административный кодексы. Оппозицию называли не иначе как «бэчебэшники».

«Самое страшное – я начал ловить себя на мысли, что и я так думаю. Но усилием воли я отбрасывал от себя эти ощущения. Помогали пропагандистские речи полковников: они в очередной раз доказывали, что все это болтовня и обычное промывание мозгов. Следует понимать, что солдат никто не ценит. Нас просто считают пушечным мясом», – признается парень.

Каратели Беларуси

О том, что попал в список карателей Беларуси одного из наиболее популярных Telegram-каналов, Кирилл узнал случайно. Сообщил бывший сослуживец, который также там оказался по ошибке:

«Первая реакция –удивление и неприязнь. Страха, кстати, не было».

Парень несколько раз писал в редакцию, но пока безрезультатно. Его имя по-прежнему остается в списке.

В конце перечня фамилий была приписка: «Мы не будем разбираться, кто прав, а кто виноват». Парня это наиболее возмутило:

«Это сумасшествие, оно порождает конфликты среди своих же! В начале силовикам давали гарантии, что никто их не будет трогать. А тут опять многих незаслуженно занесли список карателей! У многих подорвалось доверие к Telegram-каналу. Мне все равно, у меня руки чистые. Но другие…».

Минск, Беларусь. 29 ноября 2020 года. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Кирилл не отрицает, что есть в списке и те, кто попал туда абсолютно заслуженно. Он узнал некоторых своих сослуживцев, которые не ушли из внутренних войск:

«На многих из этого списка шапка горит. Мои знакомые утверждают, что они не принимают участия в разгонах, но проверить это невозможно. Я склоняюсь к реальности: все боятся. Бывает, пишу, расспрашиваю, как это. Никакого ответа, удаляют из друзей».

Как эти списки попали к администраторам, для Кирилла загадка. Парень подтверждает правдивость сведений о нем, опубликованных там. К счастью, он не столкнулся с народной местью:

«Мне кажется, что люди более склонны звонить или что-то еще делать для людей из своих родных мест. Но самосуд – по моему мнению, – это признак первобытности. Надо в любой ситуации наказывать через суд».

Самосуд и сожженная форма

Кирилл не одобряет призывов Telegram-каналов к народной мести:

«Легко так говорить, когда ты сидишь в Польше. Но люди могут быть наказаны за свои действия реальными сроками. Теперь людей судят за надписи на асфальте, то представьте, что может быть за физическое воздействие на милиционера».

ОМОН ходит по дворам возле площади Победы во время женской акции протеста в Минске. 26 сентября 2020 года. Фото: Алиса Гончар / belsat.eu

Парень признается, что принимает участие во всевозможных акциях протеста. А точкой невозврата для него стало 14 июля, когда не зарегистрировали самых популярных кандидатов в президенты – Виктора Бабарико и Валерия Цепкало. Тогда на улицы белорусских городов вышли тысячи людей. Тогда же впервые для разгона вызвали внутренние войска и ОМОН начал применять грубую силу.

«В тот день я сжег свою [военную . – Примечание belsat.eu] форму», – признается Кирилл.

Но парень надеется, что у этой истории – счастливый финал:

«Я молю о мирном преодолении конфликта. Убежден, что все жертвы были напрасны. Даже в результате нашей победы».

Ксения Тарасевич/АА belsat.eu

Новости