«Милиционеры заколдованы злым волшебником, поэтому бьют людей». Как разговаривать с детьми о протестах

Дети играют в омоновцев и автозаки: нормально ли это? Как объяснять дошкольникам и подросткам, что происходит в стране? Брать ли детей с собой на митинги? Об этом belsat.eu поговорил с детскими психологами.

На митингах дети видят как формируется гражданское общество

На мирные шествия, цепи солидарности белорусы выходят семьями и берут с собой детей. Власти отреагировали запугиваниями и угрозами: мол, такие родители безответственны, а семьи – в «социально опасном положении». Действительно ли митинги несут угрозу самым маленьким членам общества? Как дети переживают события, через которые проходит Беларусь в течение последних двух месяцев? На примере каких сказок объяснять политические события и когда идти к специалисту? Ответы на эти вопросы мы искали вместе с детскими психологами Татьяной Синицей и Анастасией Шапель.

Татьяна Синица

Татьяна Синица, медицинский и специальный психолог, кандидат психологических наук, работает с детьми с особыми потребностями

Наше общество – в чрезвычайно тяжелой экзистенциальной ситуации. Нарушены два базовых принципа, которым мы учим детей с детского сада: не врать и не бить, не обижать более слабых, беззащитных. Дети – очень чувствительные. Они все видят и понимают, даже если мы пытаемся что-то скрыть. Поэтому сейчас, на фоне происходящего, наше задание как родителей – защитить эти базовые человеческие ценности. Впрочем, как раз ради этого люди и выходят на мирные митинги.

Призывать брать с собой детей я не могу: ясно, что там может быть опасно. Но я понимаю тех родителей, которые идут всей семьей, и вижу в этом много плюсов.

Марш женщин. Минск, Беларусь. 26 сентября. Фото: Алиса Гончар / Vot-tak.tv / Belsat.eu

Во-первых, таким образом родители показывают, что считают своего ребенка частью общества. Мы привыкли, что пока ребенок маленький, нечего ему делать во «взрослых делах», а мнения у него будут спрашивать, когда подрастет. Но ребенок – это полноценный член общества даже в дошкольном возрасте. Просто он пока не может полностью понять, как работает общество. Ну так этому мы и должны учить.

Есть такой психологический термин – «конгруэнтность». Ее я вижу в семьях, которые выходят вместе. Там родители делают то, что чувствуют, у них гармония между чувствами, словом и действиями. Они умеют отстаивать свои принципы и делают это мирным путем: идут с флагами, шариками, в хорошем настроении, встречают друзей, угощают друг друга сладостями. Внутри такой демонстрации очень хорошая атмосфера, знаю это из опыта. Такую волну доброжелательности на самом деле редко встретишь. И дети на таком митинге чувствуют себя хорошо. Родители не отделяют их от себя. Они вместе, они – семья, они передают ребенку хорошие, правильные вещи.

Марш героев в Минске. 13 сентября 2020 года. Фото: Александр Васюкович / Vot-tak.tv

Такие родители доверяют миру и тем, с кем рядом идут. Они верят, что все будет хорошо, что никто не будет бить людей с детьми. Это вполне нормальная, человеческая вера в справедливость и человечность в том числе тех, кто на обратной стороне. И это хорошо для ребенка – получить опыт такого доверия даже среди незнакомых, увидеть гражданское общество. Это сохранится в них и будет их формировать.

Со стороны государства сейчас идут подлые манипуляции, когда мы слышим оскорбления и обвинения в сторону родителей, которые берут на митинг детей. Но будьте уверены: если вы оставите ребенка дома, для государства вы тоже будете виноваты, мол, а кто смотрит за детьми, пока вы ходите.

«Автозаки отпускают людей и дарят им цветы»

Разумеется, хотя митинги мирные, никто не гарантирует, что мы не станем свидетелями задержаний, насилия. Это может травмировать ребенка, вызвать вопросы. Здесь нам на помощь приходят сказки. Дети очень хорошо воспринимают архетипические образы добра и зла, доброй феи и злой колдуньи.

Можно сказать, что милиционеры заколдованы злым волшебником и поэтому задерживают и бьют людей. Но придет добрый волшебник, снимет заклятие, и они снова будут защищать людей.

Марш женщин. Минск, Беларусь. 26 сентября. Фото: Алиса Гончар / Vot-tak.tv / Belsat.eu

В сказках добро всегда побеждает зло. Ребенок учится понимать, что есть силы, которые стремятся нарушить добро, но мы можем все восстановить, и теперь мы как раз идем и боремся за добро. Ребенок начинает понимать, что можно не просто спрятаться от зла, а что-то делать, чтобы стало лучше.

Надо смотреть, во что играют дети, и играть вместе с ними, ведь игра для детей – способ работы со своей внутренней действительностью.

Когда дети играют в омоновцев и автозаки, ни в коем случае не надо кричать: «Ты что, перестань, никаких автозаков!» Так вы оставите ребенка с внутренним конфликтом. Поиграйте вместе с ним, помогите ему вырулить ситуацию на победу добра. Можно пофантазировать: например, волшебною палочкой прикоснуться к омоновцам в вашей игре – и они станут хорошими, а автозаки начнут отпускать людей и дарить им цветы.

То же самое можно делать через рисунок: рисуйте вместе с детьми, и пусть на бумаге побеждают добро и красота.

«Народная инаугурация» Тихановской. 27 сентября 2020 года. Фото: Алиса Гончар/ belsat.eu

Могу посоветовать сказку «Урфин Джюс и его деревянные солдаты». Также рекомендую посмотреть фильм «Чарующий голос Джельсомино». Это очень терапевтический фильм для всех. Там очень тонко показывается наша ситуация: король – лжец, которого защищают полицейские, но в итоге замок короля разрушается, и он улетает вертолетом.

Или, например, «Чипполино» очень хорошо ложится на нашу ситуацию. У нас вообще происходит культурно-этическая, даже эстетическая революция. Какую мы сейчас ни возьмем книгу или песню, она удивительным образом отражает нашу страну. Мы сейчас в ситуации классического противостояния добра и зла, много раз описанного в литературе.

Важно: если родители понимают, что сами не справляются с ситуацией, очень сильно переживают, нервничают, боятся, то, прежде всего, им самим нужно обратиться за помощью. Главное, чтобы взрослый был устойчивым, ведь дети хорошо сканируют наше состояние и питаются нашими эмоциями.

Анастасия Шапель

Анастасия Шапель, детский психолог

Я не одобряю присутствия детей на митинге, так как там нет никакой гарантии безопасности даже для взрослых. А если ребенок станет свидетелем агрессии, насилия, это подорвет у него базовую потребность человека – потребность в безопасности.

Влияет на детей и общий фон митингов: там много адреналина, эмоций, которые детям еще трудно переварить. Поэтому лучше детей от этого уберечь. Понятно, что родителям бывает трудно сдержать 14-15-летних подростков. Что понятно, ведь подростковый возраст – это бунт и протест сам по себе. Они в любом случае протестовали бы – в школе или дома. А так они идут на митинг. Часто до конца не понимая своих мотивов.

«Народная инаугурация» Тихановской. 27 сентября 2020 года. Фото: Алиса Гончар / belsat.eu

С подростками нужно разговаривать, подталкивать к рефлексии, спрашивать их мнение. Если мы будем навязывать свою точку зрения, то столкнемся с протестом.

С малышами работает правило: есть вопрос – есть ответ. Если ребенка что-то интересует – он задает вопрос, и ровно настолько, насколько он спрашивает, Мы отвечаем, не развивая темы. Ребенок спрашивает: «Что это?» Отвечаем: «Идет марш». И все. Если больше нет вопросов – нет и ответов. Ребенок спрашивает дальше,: «Почему люди идут?» Объясняем: «Потому что они не согласны с результатами выборов, потому что их обманули». Чаще всего, детям этого достаточно.

Задача родителей – безопасность ребенка. Понятно, что мы сегодня все не в полной безопасности: мы можем идти по городу и в любой момент оказаться свидетелями насилия. В таком случае мы обязаны вывести ребенка из этого места и заверить его, что мы не позволим никому сделать ему что-то плохое.

Кризисный психолог: Если после арестов и пыток будет победа, люди переживут боль легче

Ребенок может волноваться за родителей, спрашивать, что делать, если тебя заберут. Дайте ему четкую инструкцию, что делать, если, например, органы опеки придут забирать его из школы, кому из родных сообщить. Уверяйте ребенка: у меня все будет хорошо, мне есть к кому обратиться за помощью, а твое задание – сообщить бабушке/дедушке, чтобы они за тобой приехали.

Милиционер не скрывает лица, все остальные – бандиты

Понять и пережить события детям помогает игра. И нормально, что они сейчас играют в омоновцев, автозаки, задержания. После войны дети играли в немцев и русских. В игре ребенок может контролировать ситуацию, на которую в действительности не имеет влияния.

Не надо детям лгать. Говорите так, как есть на самом деле. Что настоящий милиционер – тот, кто охраняет закон и не скрывает лица. Если человек закрывает лицо, не имеет опознавательных знаков – значит, он делает что-то не то, его нельзя называть милиционером. Это надо объяснять и не бояться подорвать доверия детей к милиции: это делаем не мы, это уже сделало государство. Мы говорим: смотри, есть участковый милиционер, он следит за порядком в своем районе, чтобы здесь ничего не случилось. И он в случае чего приезжает, представляется, говорит свою должность, номер – такой милиционер действительно за безопасность. А все те, кто делает иначе и бьют людей, – бандиты. И не надо тут ничего придумывать: этот раздел не мы с вами придумали.

«Народная инаугурация» Тихановской. 27 сентября 2020 года. Фото: Алиса Гончар / belsat.eu

Чудесное терапевтическое средство – сказки. Тот же «Тараканище» Чуковского точно отражает нашу ситуацию, когда таракан провозглашает себя главным, все звери пугаются, а потом некоторые перестают бояться. «Гарри Поттера» можно читать. А можем и сами сочинять сказки и обыгрывать в них ситуации, которые больше всего волнуют именно нашего ребенка.

Безусловно, если родители замечают в поведении ребенка особенности, которых не было раньше, вроде ночных кошмаров, страхов за себя или родителей, снижение успеваемости, нужно обращаться к психологу.

НА/АА belsat.eu

Новости