Марш районов: логика партизанской борьбы

Александр
Гелогаев
историк, военный обозреватель

22 ноября Минск пережил своего рода возвращение в 9-11 августа этого года – протестующие перегруппировались в «каменных лесах» своих районов, вместо одной многотысячной колонны собирая десятки отдельных колонн и групп.

Почему так случилось, и какого развития событий можно ожидать?

«Бородино»… для ОМОНа

Где-то в сентябре группировка, удерживающая пока власть в Беларуси, немного оправилась от полученного в конце августа шока и постепенно вновь начала закручивать гайки, повышая уровень насилия против мирных протестующих.

Только в ноябре из-за максимальной мобилизации всех сил, террора в форме пыток задержанных, фактической ликвидацию законности в стране и массовое возбуждение уголовных дел группировка достигла определенного результата – была разработана система, не позволяющая людям собираться в более-менее значительном количестве.

Так выглядалі затрыманні на станцыі метро Каменная горка. Менск, Беларусь. 22 лістапада 2020 году. Фота: АВ / Vo Tak TV / Белсат

Это абсолютно нормальный результат того, что жестко организованное меньшинство со средствами связи, многоуровневой разведкой (от тихарей в толпе до дронов) и разнообразным оружием будет всегда иметь определенное тактическое превосходство над невооруженным и почти не организованным большинством без связи и штабов.

В этом смысле ОМОН и кампания, как Бонапарт при Бородине или в некоторых сражениях во время войны в Испании, одержали тактическую победу. Да, потери протестующих были большие, да, они временно отступили. Но эта временная победа абсолютно ничего не решила.

Белорусская холодная… герилья

Герильей – «маленькой войной» – назвали то, что началось в Испании с 1808 года, когда французские войска отчасти разбили испанскую регулярную армию. Стихийное народное сопротивление привело к тому, что открытые бои мало что решали. Отдельные люди и отряды, имея веру в правоту борьбы «за Бога и Родину» и пользуясь поддержанием большинства населения, то собирались вместе, то разбегались и стали стратегической проблемой для наполеоновской Франции.

«Испанская гангрена» высосала из Франции полмиллиона солдат и офицеров, показала пример успешной борьбы с доселе непобедимым противником. И здесь для испанцев не обязательны были большие победы – чтобы восстание победило, им просто нужно было продолжать бороться. Столько, сколько нужно. До конца. Не взирая на результат любого предыдущего боя. И они победили.

Так же, как и в Испании в 1808-1814 годах, в Беларуси происходит не только и не столько открытое противостояние протестующих с ОМОНом. С августа идет ненасильственное стихийное восстание, ненасильственная партизанская война, которую более или менее активно поддерживает подавляющее большинство населения.

При этом людям, которых все чаще называют оккупационной администрацией (если кто-то забыл, они приглашали иностранные войска, чтобы расправиться с белорусами), не хватает ума ни на что, кроме террора и насилия.

Соответственно, шансов на победу в борьбе с массовым восстанием у них нет. Они сами с начала 2020 года только все больше разжигают народную ненависть к себе.

Борьба за сердце и ум

22 ноября белорусы переформировались и действительно показали, кто в Минске хозяин – как рассерженный улей гудел не центр, а весь город. А карательные отряды, как и в августе, ничего не смогли сделать с массовым протестом, который был распределен по десяткам улиц.

Люди выходили на своей территории, в знакомых дворах, на родных улицах, возле собственных домов – это добавляло им смелости и ощущения своей правоты. «Мы – дома, валите отсюда, оккупанты», – сильные слова и чувства.

В партизанской войне, как и в войне гражданской, побеждает тот, кто завоевывает не столько территорию, сколько разум и сердце людей. Это демонстрирует и современная белорусская ситуация – здесь решающим выглядит не то, разгонит ли сегодня на улице ОМОН протестующих, то ли 200 человек арестуют, то ли 500, а более важная моральная и символическая сторона дела.

Свет – тьма, ангелы – черти, честь – стыд, правда – ложь. Сказал – сделал; или сказал – и сел в лужу.

Вот протестующие обещали, что выйдут десятками тысяч – и вышли. Сказали правду. А с другой стороны кто-то уже давным-давно (по сегодняшним меркам) угрожал разобраться, пленных не брать, навести порядок на улицах.

Ну, «как ошчущения»? Навел?

Максимальная децентрализация. Итоговый фоторепортаж воскресного марша

Александр Гелогаев/МВ belsat.eu

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Падпісвайся на telegram Белсату

Другие материалы