«Это пытки, чтобы уничтожить как личность». Мама Яна Солоновича об аресте сына

Яна Солоновича, студента 4 курса БГУИР и сотрудника научно-технического центра КГБ, задержали в воскресенье 1 ноября. По словам матери, Ян просто шел вдоль проспекта Независимости, без символики, флагов. Тем не менее, парня уже восемь раз судили за участие в несанкционированных мероприятиях. На свободу он должен выйти 23 февраля.

21-летний Ян Солонович. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Для убийц, воров передачи принимают каждый день

7 января, на Рождество, Ольга Солонович поехала на Окрестина, где в изоляторе более двух месяцев держат ее сына, 21-летнего Яна Солоновича. В этом году праздник выпал на четверг – день передач на Окрестина. Но на этот раз вещей для сына у Ольги не приняли – сослались на пандемию коронавируса.

– Я не понимаю, как так можно, – возмутилась женщина. – Для тех, кто сидит по уголовным статьям, убийц, воров, – каждый день принимают передачи, дают звонки и встречи с родными. А мой сын не совершил никакого преступления, и над ним так издеваются. За что? Почему мне не разрешают хоть раз в неделю передать ему предметы гигиены?

Ольга Солонович, мать Яна Солоновича. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Ян Солонович остается за решеткой с 1 ноября. Парня схватили, когда в Минске проходил Марш против террора.

Подробностей задержания сына Ольга Солонович не знает –рассказывает только о коротком видео, которое видела в интернете. На нем Ян идет вдоль проспекта Независимости недалеко от БАТУ. У молодого человека не было никакой символики, флагов, даже рюкзака, он шел по тротуару с маленькой бутылочкой воды в руке. Примерно тогда, когда было снято это видео, Яна и задержали.

– Я так и не поняла до конца, за что его схватили, – говорит Ольга. – Разве что он как-то не так, на их взгляд, шел.

«Суды – абсолютно непробиваемая стена»

2 ноября суд наказал Яна 12-дневным арестом по ст. 23.34 КоАП РБ. Через три дня, 5 ноября, снова было заседание, на котором парню еще добавили сутки, потом – 10 ноября, 18-го, 23-го… И так – восемь судов в течение ноября и декабря. Студента судили за 15 эпизодов: участие в мирных митингах в августе, сентябре и октябре 2020 года, в чем он сам признался. Всего административный арест Яна Солоновича насчитывает уже 114 суток. Отсидел он 68. Ольга Солонович ждет сына на свободе 23 февраля. Правозащитники признали Яна политзаключенным.

Фото: Агата Квятковская / Белсат

Адвокат Яна говорит, что арестовывать по административному делу на 114 дней подряд – абсолютно незаконно. В совокупности за несколько правонарушений его должны были арестовать на 25 суток и еще на 12 за тот день, в который задержали. Итак – всего на 37 суток. По словам Ольги, защитник об этом говорит на каждом судебном заседании, но суд его будто бы не слышит.

– Это абсолютно непробиваемая стена, – говорит мать она. – Адвокат отмечает, что за весь свой опыт он впервые с таким столкнулся, и вообще – это уникальный случай в юридической практике, когда дают 114 суток за административное правонарушение.

Ольга Солонович. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Ян на каждом судебном заседании признавал свою вину и просил судью заменить ему арест штрафом, но результата это не дало, рассказывает Ольга. Признание Яном вины, говорит женщина, также вызывает вопрос: парень сам рассказывал на судах, что на него давили, ставили ультиматум: или он пишет признание, или ему дадут 4,5 года по уголовному делу.

За два месяца – ни одного письма, ни разу не был в душе

Последний суд над Яном прошел 24 декабря. Судебные заседания –единственная возможность для матери увидеть и услышать сына, узнать что-то об условиях его содержания. Ведь письма до парня не доходят, и ему не дают возможности писать родным и друзьям.

– Я уже даже выслала просто пустые конверты, чтобы он мог написать мне или кому-то еще, но ему и это не передали. Он сидит в полном информационном вакууме, – рассказывает Ольга.

На суде, по словам женщины, Ян говорил, что подвергается в изоляторе пыткам.

– За все это время – это более двух месяцев со дня задержания – мой сын ни разу не был в душе. Только однажды его выводили на прогулку, после которой он простыл, – говорит мать Яна.

На заседании 24 декабря политзаключенный рассказал, что в его камере все болеют, один человек перестал чувствовать запахи. Кроме того сказал, что днем им не разрешают сидеть –заставляют поднимать кровати.

Фото: Агата Квятковская / Белсат

– Это пытки, направленные на то, чтобы сломать человека психически, уничтожить его как личность, – комментирует условия содержания сына Ольга.

Работал в КГБ, сейчас – предатель родины

Когда передачи принимали, мать приносила Яну, кроме предметов гигиены и сладости, книги. Женщина говорит, что сын много читает, в том числе художественную литературу, а также учится – в прошлую передачу Ольга положила парню самоучитель немецкого языка.

Ян – будущий инженер-электроник. Молодой человек обучается по сокращенной программе, поэтому этот, 4 курс для него последний, выпускной. Радиоэлектронику Ян изучает еще с колледжа, куда поступил после 9 классов.

По словам Ольги, пока что вопрос об отчислении Яна не стоит, но как события будут развиваться дальше, предсказывать сложно. Мать надеется, что сыну дадут доучиться.

Обучение на 4 курсе Ян сочетал с работой в научно-техническом центре КГБ. Туда он попал на обязательную летнюю практику, а потом ему позвонили и пригласили на работу. Ян работал на половину ставки – утром шел в этот центр, а потом на вторую смену – на занятия.

Ольга Солонович. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Ольга Солонович говорит, что работа в КГБ сейчас играет против Яна. По словам парня, сотрудники, которые опрашивали его, составляли протокол, говорили ему, что он – предатель родины.

– Я не могу понять таких ярлыков. Как можно называть человека предателем родины только за то, что он высказал свое мнение? – спрашивает Ольга. – А что касается работы, то он приходил туда, паял из деталей какие-то платы и не знал никаких государственных секретов.

«Как я могу запретить взрослому сыну высказывать свои взгляды?»

О политике до выборов 2020 года в семье Солоновичей особо не говорили. Ян также не выражал четко своих взглядов.

– Время от времени он говорил, что его не устраивают зарплаты в нашей стране, уровень развития Беларуси вообще, – рассказывает женщина. – Но это и так видит каждый, у кого есть глаза.

По словам Ольги, после президентских выборов уже нельзя было оставаться равнодушным, в стороне. И мать, и отец поддерживают Яна в его праве выражать свои взгляды.

– Меня иногда спрашивают, почему я позволила ему куда-то пойти, не остановила, – говорит мать политзаключенного. – А я не понимаю таких вопросов. Как я могу ему запретить – взрослому человеку? Он имеет свое мнение и право на его высказывание. Более того, это право ему гарантировано нашей Конституцией. А его за это мнение судят. Так зачем тогда нам та Конституция?

Дворовый марш в Минске. 9 января 2021 года. Фото: АК / Белсат

По словам Ольги, они с мужем никогда не давили на Яна в том, что касается взглядов. В случае необходимости могут только что-то посоветовать из своего опыта. Ольга считает, что и не надо ни в коем случае давить на молодежь. Женщина восхищается нынешним поколением молодых белорусов, которые не боятся что-то делать и говорить, и благодарна им за это. Также мать политзаключенного благодарна людям, которые поддерживают ее семью, выражают уважение к ее сыну.

– Я благодарна всем, кто сейчас так, как и Ян, переносит эти страдания за нас всех, – говорит Ольга. – Вообще очень горжусь нашей молодежью. Это прекрасные люди, совершенно новое поколение, не такое, как мы, и с ними наша Беларусь могла бы развиваться.

«Нам нельзя раскисать»

В то же время мать Яна Солоновича опасается, что если ничего не изменится, сыну вряд ли дадут спокойно жить в Беларуси.

– Я не вижу дальнейшей жизни для своего сына в этой стране при этой системе, – говорит собеседница. – Ведь как предатель родины может продолжать жить на этой земле? Ему не разрешат.

21-летний Ян Солонович. Фото: Агата Квятковская / Белсат

Ольга рассказывает, что держаться ей помогают добрые слова и поддержка людей, а также вера в лучшее и победу.

– Если мы потеряем эту ниточку веры, то получается, что все это напрасно? И наша борьба, и страдания наших детей? – спрашивает Ольга Солонович. – Нам никак нельзя раскисать. Ведь кто тогда придет в четверг на Окрестина и отстоит очередь, чтобы передать тем, кто за решеткой, передачу и частичку домашнего тепла?

Анна Гончар/АА, belsat.eu

Новости