Экс-министр обороны Литвы: «Аннексия Беларуси уже идет. Лукашенко несет ответственность»

Интервью

«В глубине сердца я надеюсь, что однажды ночью ваш президент проснется после сна, в котором он увидит будущее Беларуси не в объятиях Кремля», – признается бывшая министр обороны Литвы, вице-председатель комитета по национальной безопасности и обороне литовского парламента Раса Юкнявичене. Про угрозу со стороны Москвы и беларуско-литовские отношения с депутатом Сейма Литвы беседовал Сергей Пелеса.

Как теперь в Литве воспринимают Беларусь в контексте безопасности? Это формальный союзник России или часть системы безопасности России и угроза для Литвы?

Если говорить о том, что думают люди в Литве, то в первую очередь они думают про Островец. И это также касается в первую очередь безопасности и тех связей, которые существуют в Беларуси с Кремлем. Все понимают, что это не беларуский проект, что это проект кремлевский, связанный с гибридными войнами. Поэтому отношения, я бы сказала, сейчас хуже, чем это было несколько лет назад. Если говорить о политических элитах, тех, кто каждый день занимается угрозами и безопасностью, то в контексте НАТО, в контексте Европейского союза идет дискуссия: возможно ли, что Александр Лукашенко имеет в руках хотя бы долю суверенитета, чтобы повернуть ситуацию в сторону беларуских интересов, а не интересов Кремля.

Использованное топливо с БелАЭС будут перерабатывать в России

На этот момент, если бы меня спросили «да или нет?» про суверенитет, – я, к сожалению, сказала бы, что «нет», уже поздно.

Но все-таки где-то в глубине сердца я надеюсь, или хочу надеяться, что однажды ночью ваш президент проснется после сна, в котором он увидит будущее Беларуси не в объятиях Кремля. Увидит Беларусь на карте Европы вместе с демократическими государствами. Я не знаю, это мечта, сон или, может быть, доля реального мышления, но вот об этом – может быть не через сон – говорят политики. Это также очень важно для нас, литовцев. Я сама и, я думаю, большинство литовцев, может быть, все – мы не хотим новых железных занавесов с этим народом, а, к сожалению, сейчас они строятся, и строятся через милитаризацию Беларуси. Мы думаем, конечно, про день «икс»: что будет, если, например, Кремль начнет какую-то агрессию против балтийских государств, и на какой стороне будет Беларусь. Для нас этоочень важно. Я понимаю тех политиков в Европе, которые думают, что, может быть, надо пытаться говорить с режимом в Беларуси, с президентом Беларуси и его окружением. Можно попробовать, но у меня нет больших надежд, потому что я вижу все меньше и меньше суверенитета Беларуси.

Такая аннексия, не юридическая, она идет, и Александр Лукашенко несет ответственность за то, что Беларусь является только формально государством на карте Европы.

Литва меняет президента. С кем Лукашенко проще всего договориться о БелАЭС?

У нас часто говорят, что в ситуации давления со стороны Москвы с целью углубления интеграции, Лукашенко защищает не то чтобы суверенитет Беларуси или остатки суверенитета, а свою собственную власть. То есть для него суверенитет Беларуси – это его суверенитет, его власть. Потеряв остатки суверенитета, он потеряет и власть. В худшем случае его отправят на пенсию, как некоторые шутят, чуть ли не в Венесуэлу или еще куда-то, либо он будет губернатором. Понятно, что это фантастические сценарии, и он будет до последнего сопротивляться, но в последние дни стало известно о том, что Минск, Лукашенко, получили два приглашения на Запад. Первое приглашение – это приглашение от Анджея Дуды, президента Польши, чтобы поучаствовать в мероприятиях, связанных с юбилеем начала Второй мировой войны в Польше, куда Путина не пригласили. Второе – это саммит «Европейский союз – Восточное партнерство», который пройдет в мае в Брюсселе. Как вы относитесь к тому, что руководителя Беларуси пригласили на эти мероприятия?

Вы знаете, я давно уже всем говорю, что Беларусь не является последней диктатурой в Европе.

После аннексии Крыма, я думаю, все должны были увидеть, что самая большаяугроза от автократических, диктаторских, мафиозных, если хотите, режимов в Европе находится в Кремле. Конечно, я понимаю тех людей, которые сидели в тюрьмах в Беларуси, политических заключенных и так далее. Все это есть, я не говорю, что это не диктатура, не автократический режим, но все-таки. И я исхожу из того понимания, что, может быть, мы можем попробовать показать Лукашенко альтернативу, если не поздно. Но все зависит сейчас также от него. Я не знаю, насколько суверенными являются те люди, которые чувствуют себя беларусами, беларуским народом, и те, которые работают, например, в министерстве иностранных дел. Это так называемая элита, в хорошем смысле этого слова, которой не хочется быть только губернией Российской Федерации. Насколько они могут повлиять на Лукашенко, я не знаю этого. Я думаю, чтокак раз исходя из этого мышления, он и приглашен в эти институции. Но нужно ему говорить не только хорошие слова, чтобы он понял свою ответственность.

В результате агрессии России против Украины Беларусь стала площадкой для переговоров по ситуации в Донбассе. И теперь Беларусь пытается продвигать концепцию «Хельсинки-2», то есть новой большой международной конференции по безопасности, которая переосмыслит то, что происходит в Европе, и, может быть, напишет новые правила, потому что созданные в 70-е годы не действуют. Покрайней мере для России, которая нарушает международные обязательства. Насколько это серьезное предложение, чтобы Минск стал такой площадкой для переговоров? Может быть, сам факт того, что в Минске будут происходить большие международные переговоры, пусть даже не очень результативные, усилитсуверенитет Беларуси, ее международную субъектность, и это пойдет на пользу, в том числе Литве?

Я не знаю, насколько это предложение вышло из самой Беларуси, а насколько это предложение исходит из Кремля.

Любопытно, что оно прозвучало несколько лет назад, по-моему, именно из уст министра Лаврова [Сергей Лавров – министр иностранных дел России – Прим. belsat.eu].

Вот видите, я даже не знала этого и подумала о том же самом. Я хорошо помню те времена, когда я была еще молодой. Я родилась в Советском союзе, в оккупированной Литве, и мы помним, какую роль играли на международных платформах такие государства-сателлиты, как Польша и другие, которые якобы были суверенными государствами, но они использовались Советским союзом в качестве платформ для внешней политики. Я уверена, что это предложение исходит из Кремля. Это предложение – это такая, как бы сказать, гибридная война, чтобы все выглядело мягче. Это очень опасно. Пересмотреть Хельсинки – это значит признать то, что Россия сделала с Украиной, и пересмотреть границы. Я не знаю, я бы очень осторожно смотрела на такие предложения.

В экспертном сообществе аналитиков, связанных с вопросами безопасности в Литве, рассматривается ли гипотетический вариант, что удар по границе Литвы иПольши может прийти не только со стороны Калининградской области, но и с территории Беларуси, со стороны Гродно? Или это фантастика?

Да, есть среди экспертов [такое мнение], можете почитать… И американские эксперты, RANDCorporation [американский аналитический центр, работающий по заказам правительства США – Прим. belsat.eu], и другие эксперты, которые как раз анализируют, что и как могло бы быть. И во время натовских учений всегда смотрят на карте, кто есть кто. Я помню такие дискуссии еще несколько лет назад, какой была бы Беларусь в день «икс» – нейтральной или вместе с Россией будет плацдармом нападения на Польшу или Литву, балтийские государства. Этот вопрос есть, он рассматривается, и у меня нет ответа. Но пока что, как раз исходя из того, что я сказала, у беларуских вооруженных сил очень мало суверенитета. И я думаю, что, к сожалению, может быть и такой сценарий, что уже никто и не будет спрашивать президента Беларуси, как действовать.

Это был бы самый черный сценарий…

Да.

Надеюсь, беларусы помнят об общей истории с литовским народом, о Великом Княжестве Литовском. Тот жест, который сейчас совершило литовское правительство, я имею в виду беларускую надпись на могиле Константина Калиновского… Кстати, мы беседуем в день его повешения на Лукишской площади 155 лет назад. Это будет сигналом, что Литва – это все-таки друг?

Я поддерживаю это решение и, конечно, я помню очень хорошо 91-й год, когда ваши парламентарии, в то время выбранные люди, они приезжали к нам. Они поддерживали нас в ту трудную минуту. Я сама провожала этих людей, у меня была задача от Ландсбергиса [Витаутас Ландсбергис – председатель Верховного Совета Литовской Республики в 1990-1992 гг. – Прим. belsat.eu]. Я как раз была ответственна тогда как член парламента встречать у границы наших беларуских друзей, которые приезжали сюда. И нам в Литве, конечно, очень больно, что сейчас у нас такие отношения, когда их просто нет. С Украиной, с украинским народом, с которым мы тоже были вместе в этом большом государстве, Литовском Княжестве, у нас очень братские сейчас отношения. Когда я туда летаю, то самолеты полные, и украинцы очень хорошо относятся к Литве. Я думаю, это наше будущее, и от Украины также многое зависит, чтобудет с Беларусью в будущем.

Интервью вышло в програмее «ПроСвет» 12.04.2019

Литва и Беларусь ближе к перезагрузке, украинский Трамп и Винница Порошенко. «Просвет» с Сергеем Пелесой

Смотрите также
Комментарии