ЧМТ, перелом позвонков: как задерживали врача, который оперировал избитого на Окрестина

Алексея Белостоцкого, 31-летнего уролога из 4-ой Минской клинической больницы, арестовали, когда он помогал убирать соль с надписи памяти убитого Александра Тарайковского. Врача били в микроавтобусе и в РУВД. С Окрестина его забрали на скорой в тяжелом состоянии с многочисленными травмами.

Алексей Белостоцкий. Фото из личного архива

«Я просил не ломать мне руки, потому что я медик»

Все случилось 2 сентября, рассказывает Belsat.eu Алексей Белостоцкий, уролог минской клинической больницы. В тот вечер, около 19:00, он ехал к своему отцу. В районе станции метро «Пушкинская» увидел толпу людей и решил узнать, не нужна ли там кому-то медицинская помощь. Алексей припарковал автомобиль и пошел к людям. Приводим рассказ доктора о том, что происходило дальше:

«Я увидел, что люди убирают реагент с мемориальной надписи в память об убитом Александре Тарайковском. К счастью, врачебная помощь никому не была нужна, но я решил присоединиться к уборке соли. И вдруг услышал, как сотрудник милиции пытается разогнать людей, запугивает их статьей за участие в несанкционированном массовом мероприятии, требует документы. Я спросил, кто он такой и откуда, попросил и его предъявить документы. Представляться он не хотел, но сказал, что отвезет меня в РУВД.

Алексей Белостоцкий. Фото из личного архива

Потом подошел еще какой-то человек в штатском и потребовал расходиться, так как якобы там ведутся ремонтные работы. Мы спрашивали – где забор, где хоть что-то, что указывает на ремонт? Этот человек подошел ближе и коснулся меня. Я сказал ему – не трогайте меня. Он приказал мне отойти. Я спросил – это просьба или приказ? Он говорит – просьба. Я тогда сказал, что не буду выполнять его просьбу, ибо кто он такой? По его взгляду я понял, что РУВД дело не закончится.

И вскоре я увидел, как на меня идут человек десять парней крепкого телосложения в штатском, а также в масках и кепках. Люди попытались меня обступить, но те ребята вырвали меня и потащили в бус, где начали избивать. Выкрутили мне руки. Я просил их не ломать руки, потому что я медик, но меня никто не слушал.

Вначале я пытался вырываться, когда они меня били, но скоро силы у меня закончились. Меня посадили на пол. Один из них закрыл мне майкой лицо и так держал меня, второй лазил в моем телефоне, а третий, тот, у которого я просил показать документы, бил меня и ругался в мой адрес».

Врача, который спасал больных COVID-19 и помогал пострадавшим во время протестов, бросили за решетку и наказали штрафом

«Болела спина, было плохо, тошнило – в таком состоянии повели на суд»

Алексея привезли во Фрунзенский РУВД. Там его снова били.

«Бросили на пол, было два сильных удара по голове, наверное, ногами. Потом мне сказали встать, и какой-то сотрудник в штатском ударил меня в грудь, опять с руганью и криком.

Один из сотрудников РУВД говорил мне: мы медиков уважаем, ценим, заполните бумаги и мы вас отпустим. На меня составили два протокола – за участие в несанкционированном массовом мероприятии и сопротивление сотрудникам милиции. Я стал дописывать свои объяснения, так как в протоколах многое не соответствовало действительности. Ну и в итоге меня увезли на Окрестина.

Там меня уже не били. Когда привезли, я сказал, что у меня болит спина. Мне пообещали скорую помощь. Но так и не вызывали, а меня отвели в камеру. С болью я провел ночь. Утром меня осмотрела фельдшер и тоже сказала, что будут решать вопрос с вызовом скорой – она видела, что состояние у меня было не очень хорошее. У меня болела спина, я мочился кровью.

Алексей Белостоцкий. Фото из личного архива

После завтрака я попытался поспать, но меня стало трясти, было плохо и я начал тошнить. Позвал фельдшера, она смерила давление, сказала, что высокое, вколола мне обезболивающее. Боль немного утихла, но тошнота и рвота продолжались.

В таком состоянии меня повели на суд по скайпу. Перед компьютером я не мог поднять голову, мне было очень плохо, болела шея, голова, было плохо. Судья мне сделала замечание – посмотрите на меня. Я ей сказал – я не могу, шея болит, голова не поднимается. Я заявил ходатайство о переносе суда из-за плохого самочувствия. Мне, наконец, вызвали скорую и увезли в больницу с подозрением на закрытую черепно-мозговую травму, травму почки и повреждение спины. В больнице это все подтвердили и около 15:00 3 сентября меня госпитализировали.

Сегодня я себя чувствую более-менее нормально. Мне трудно садиться, вставать, ходить по лестнице. Кроме черепно-мозговой травмы и травмы почки, обнаружились переломы поясничных позвонков, и пока не очень понятно, что там точно. Также сегодня меня осматривал лор и сказал, что у меня повреждена правая барабанная перепонка, и есть какое-то кровоизлияние в области уха».

Правозащитники требуют освобождения политзаключенных, задержанных в рамках уголовного дела о «массовых беспорядках»

«Часть яичка после избиения пришлось удалить, ткань была неживая»

Алексей Белостоцкий помогал пострадавшим от насилия силовиков в СИЗО в Жодино и на Окрестина, спасал парня, который после избиения может уже никогда не стать отцом.

«14 августа мне позвонил знакомый и сказал, что нужна медицинская помощь людям, которых выпускали из тюрьмы в Жодино. Мы с женой – она тоже медик – поехали туда. Люди выходили с сильными ушибами, гематомами.

С очень тяжелым случаем пришлось столкнуться на следующий день в Минске. 15 августа у меня было суточное дежурство. К нам поступил человек с Окрестина с травмой мошонки, ему была нужна операция. Травма была явно последствием жестокого избиения. Получил ее мужчина 10 августа. А операция была проведена только 15, довольно поздно. Поэтому пришлось удалять часть яичка, так как ткань там была уже неживая. Конечно, это может серьезно сказаться на фертильности этого человека.

Жена избитого минчанина разыскивает свидетелей его задержания

То, что у нас происходит – это полное безобразие и беззаконие. Я не могу подобрать другого слова. Кто виноват? Прежде всего, действующий президент, который именно посиневшими пальцами держится за свою власть, и силовики, которые его поддерживают. Правоохранительных органов у нас больше нет. Ведь они не право охраняют, что делать должны, а творят бог знает что. Если им нужно – закон работает, если им не нужно – не работает.

Я буду обжаловать и составленные на меня протоколы, и добиваться, чтобы были привлечены к ответственности те, кто меня избивал. Пока я был на Окрестина, мои друзья, жена нашли адвокатов, собрали немного денег, чтобы мне помочь. Я буду бороться за свои права даже в нашей ситуации, когда законы не работают. И я думаю, что все мы должны бороться. Я видел глаза тех людей, что выходят на улицы эти недели, и я не поверю, что они смогут сдаться, и снова танцевать под дудку одного психически нездорового человека.

Еще до всех этих событий я думал уехать из Беларуси. Но теперь, когда я вижу, как люди выходят, я верю, что мы можем все изменить. Поэтому мысли об отъезде я пока отложил. Я хочу попробовать навести порядок в своей стране».

НА/ИР Belsat.eu

Новости