«Беркутовцы» и прокуроры перекрасились. Егор Соболев о том, кто мешает расследовать «дела Майдана»

ВИДЕО

«Не все милиционеры, прокуроры и «беркутовцы» времен Майдана сбежали в Россию. Теперь они любят национальный флаг и противостоят расследованию «дел Майдана». О том, закончилась ли революция в Украине и произошло ли очищение власти спустя шесть лет после протестов в интервью «Белсату» рассказал экс-народный депутат Украины, один из активных участников Евромайдана Егор Соболев.

День достоинства и свободы в Украине. Прямое включение «Белсата»

– С каким требованием Вы пришли на Майдан? Что хотели изменить в стране?

– Шесть лет назад первое требование было очень простое – согласиться на договор об ассоциированном членстве Украины в Европейском союзе. Многие люди хотели и хотят, чтобы у нас было европейское правосудие, европейские уровень доходов.

Егор Соболев на Майдане Независимости. Источник фото — Facebook.com/IegorSoboliev

– Среди прочего, протестующие требовали люстрации. Вы, как глава Люстрационного комитета, непосредственно участвовали в осуществлении этого требования, разработав законопроект «Об очищении власти», который Верховная Рада потом приняла. По-вашему мнению, люстрация в Украине состоялась?

– С одной стороны, несколько тысяч высокопоставленных чиновников, прокуроров, налоговиков, милиционеров, которые привыкли себя чувствовать над законом, были вынуждены оставить государственную службу и не могут на нее вернуться. И это их страшно бесит.

С другой стороны, последние годы после люстрации показали, что это как в квартире – ты не можешь однажды убрать и думать, что грязи уже больше не будет. Этот процесс должен быть постоянным. Поэтому мы создали такие инструменты, как, к примеру, электронное декларирование.

Егор Соболев в зале Верховной Рады Украины. Источник фото — Facebook.com/IegorSoboliev

Мы создали антикоррупционное бюро с антикоррупционной прокуратурой, которые сконцентрированы на наказании именно за обогащение во власти. Я сейчас с радостью от них получаю информацию, как продвигается то или другое дело. Этот процесс должен никогда не останавливаться. Если вы хотите, чтобы власть была чистой, чтобы те, кому вы делегировали полномочия, использовали их в ваших интересах, а не в своих, вы должны постоянно очищать власть.

– Каковы главные критерии люстрации и кого она коснулась?

– Во-первых, всех высокопоставленных чиновников времен расстрелов на Майдане. Логика была такая: ты видел как убивают людей, но не подал в отставку, просто наблюдал за этим или даже участвовал – ты не подходишь, чтобы служить обществу. Во-вторых, всех, кто связан с КГБ, или учился, или работал в КГБ. Всех нужно убрать. Владимир Путин хорошая реклама этого пункта. И еще одно важное требование закона «Об очищении власти» – люстрация всех чиновников, которые не могут объяснить свое имущество. Мы потом это подкрепили специальным законодательством о так называемом незаконном обогащении.

Но написать закон, даже принять его, это примерно 30 процентов дела. Потом большая работа – это заставить закон работать. Нужно, чтобы граждане за этим следили, чтобы руководители государства сами начинали выполнять, с себя начинали создавать страну права, и, конечно, нужны эффективные правоохранительные органы.

Активисты недовольны отношением украинских властей к героям Майдана

– Сейчас в Украине активно обсуждают приостановление следствия по «делам Майдана». Почему, по-вашему мнению, не сидят те, кто отдавал приказы стрелять?

– Я думаю, что первая причина – это та самая коррупция, объединяющая ту власть, которая как бы убежала, и ту власть, которая как бы пришла. На самом деле это были коррупционеры, объединенные многими схемами, и обманами. Поэтому они друг друга прикрывали и прикрывают.

Егор Соболев в зале Верховной Рады Украины. Источник фото — Facebook.com/IegorSoboliev

И вторая огромная проблема – противодействие со стороны правоохранительных органов. Вы же понимаете, что не все прокуроры, милиционеры, те же самые «беркутовцы», которые совершали эти преступления, убежали в Россию или были люстрированы. Они перекрасились, теперь любят национальный флаг. Они остались на своих местах, и, конечно, они очень сопротивляются, чтобы расследования не закончились наказанием.

– Случилась ли 6 лет назад на самом деле революция? Ведь сегодня коррупция сохраняется на высоком уровне и остается большой проблемой. И кумовство, которое было при Петре Порошенко, продолжает существовать и при Владимире Зеленском.

– Смена правил не произошла, она требует очень большой работы и, наверное, больше времени. Но мне кажется, революция, не у всех и в разной степени, но случилась в головах. Многие люди поняли, что они и есть Украина. И от каждого зависит, какой эта страна будет. Наверное, это самая важная революция.

– После событий зимы 2013-2014 вы пошли в парламент, но после одного срока в роли народного депутата не продолжили политическую карьеру. Почему все-таки ушли из политики, разочаровались?

– Нет, я честно проработал пять лет народным депутатом, из них три года возглавлял комитет в парламенте по противодействию коррупции. Мы сделали очень амбициозное антикоррупционное законодательство, главным успехом которого я считаю открытость всей информации.

Почему я не баллотировался после того, как мои полномочия закончились? Я сделал все законы, о которых мечтал. Я считаю, что теперь нужно поработать, набраться новых знаний, новых умений. Я плохо отношусь к политикам, которые ничего больше не умеют, кроме как избираться.

– Чем занимаетесь сейчас?

– Сейчас я осваиваю сразу два компьютерных языка. И для меня всегда было болезненным вопросом, что эти новые цифровые технологии, которые стремительно меняют мир, для меня что-то загадочное и непонятное. Я хочу в этом разобраться, я хочу в этом стать специалистом.

– Как Вы считаете, завершился ли Евромайдан и довольны ли вы результатом?

– Я думаю, что как протест он закончился утром 21 февраля 2014 года, а как социальный процесс, в том числе в головах, он еще будет идти долго. И это здорово. В современном мире человек должен чувствовать вот эту ежедневную ответственность за все, что вокруг него происходит. Постоянно принимать новые вызовы. В этом смысле Майдан не должен никогда заканчиваться.

– Воспринимают ли сейчас Украину как страну, способную стать частью Европы? С учетом того, что и, к примеру, коррупция, и кумовство продолжают существовать?

– Многие европейцы понимают, что нам нужно пройти длинный путь. Но, я думаю, что они видят, что мы по этой дороге идем. И что Украина – это страна, где есть энергия, где есть желание свободы, есть готовность бороться за европейские ценности. Майдан, кстати, был первым в истории местом, где велись бои под европейскими флагами, потому что на Майдане был популярен не только наш национальный флаг, но и звездочки в кругу Европейского союза.

– Какие проблемы должна решить Украина, чтобы стать в один ряд со странами-членами ЕС?

– Важно научиться делегировать власть самым достойным членам общества, а не разным жуликам, которые часто идут в политику во всех странах. Второе – создать независимое правосудие, обеспечить свободу медиа, свободу собраний, высказываний…

– В Украине этого всего нет?

– У нас много свободы, но в тех же судах часто об этом забывают и деньги становятся важнее, чем закон. В СМИ часто об этом забывают и деньги становятся важнее, чем принципы. Это еще большая работа – достроить общественное телевидение, которое довольно свободное и порядочное. Нужно дать, конечно, свободу предпринимательству, чтобы экономика не была в руках пяти, шести людей. А чтобы там была настоящая конкуренция, чтобы каждый, у кого есть энергия, у кого есть бизнес-план, мог попробовать.

Киев отмечает годовщину Майдана

Беседовала Марина Ступак belsat.eu

Смотрите также
Комментарии