«Дело студентов»: как прошли первые семь дней суда

В суде Октябрьского района Минска на этой неделе продолжаются заседания «суда над молодостью». На скамье – 12 подсудимых: студенты и студентки различных белорусских вузов, а также преподаватель БГУИР Ольга Филатченкова. В зал суда по-прежнему пускают только ограниченный круг родственников и знакомых. О том, как прошли первые семь дней процесса по «делу студентов», рассказываем с помощью «Студэнцкай думкі».

14 мая в Минске стартует процесс по «делу студентов». Что важно знать о фигурантах и деле

День первый. 14 мая

Пятница, 10 утра. Возле Дома правосудия в Минске собираются люди, которые пришли поддержать студентов, обвиняемых в организации массовых мероприятий в своих университетах и в нарушении учебного процесса.

Все хотят попасть внутрь, однако в зал заседания пускают исключительно родителей, которые не видели своих детей более полугода. Бабушек и дедушек, родственников, приехавших из других городов, и друзей оставляют за дверью. Говорят, нет мест. Дипломаты стран ЕС также не попали в зал.

Суд над молодыми людьми, которые проходят обвиняемыми по «делу студентов». Минск, Беларусь. 14 мая 2021 года. Фото: АВ / Белсат

Обвиняемых держат в двух клетках: в одной – парни и Ольга Филатченкова, в другой на двух скамейках – девушки.

10:30. Заседание началось. Возле здания суда, по подсчетам «Белсата», собрались более 200 человек.

После начала заседания на ступени суда выходят сотрудники милиции и просят присутствующих разойтись. Часть людей отходит от здания, часть уходит. Из бусов, которые стоят возле суда, выходит ОМОН, и уже через пару минут начинаются задержания.

Суд над молодыми людьми, которые проходят обвиняемыми по «делу студентов». Минск, Беларусь. 14 мая 2021 года. Фото: АВ / Белсат

Вскоре становится известно о задержании политика Анатолия Лебедько и еще нескольких человек, в их числе журналистка TUT.by Любовь Касперович. Позже МВД сообщит, что возле суда задержали 14 человек.

В Минске начался суд по «делу студентов». Есть задержанные

Тем временем прокурор начал зачитывать обвинение. По его словам, Егор Конецкий «размещал в чатах призывы и координировал студентов», Ольга Филатченкова, «используя авторитет преподавателя, размещала призывы к участию в беспорядках. Во время проведения мероприятий выполняла функции координирования».

Илья Трахтенберг якобы «призвал и размещал информацию о призывах в определенное время и в определенном месте и выполнял функцию управления участниками». Тексты обвинений почти не отличаются, меняются только названия вузов. Согласно обвинению, студенты были «группой, действующей по предварительному сговору».

На суде скороговоркой зачитывают даты и адреса мест, где проходили «несанкционированные массовые мероприятия». Зачитывают даже промежутки времени, в течение которых проходили акции.

Около 14:00 начинаются проблемы с доступом к официальным сайтам как минимум трех университетов: БГУИР, БНТУ и БГУ.

Иван, сын Ольги Филатченковой, рассказал о состоянии студентов на первом заседании:

«Я видел преимущественно только парней и маму, потому что они сидели ближе. В большинстве своем ребята выглядели очень жизнерадостно. Очень рады были видеть нас, всех неравнодушных, а также своих любимых и дорогих родственников. Не было заметно, кстати, чтобы кто-то плакал или сидел поникший или убитый горем и сожалениями. Не сказал бы, что они сожалеют о том, что так произошло, ну, по крайней мере такими они не выглядят. Единственное, что пару девушек немного запнулись, когда называли свои данные: прописку и так далее. А в остальном держались молодцами, очень твердо».

Заседание закончилось около шести вечера. Ближе к ночи начинают отпускать задержанных возле суда студентов.

День второй. 15 мая

Суд по делу студентов продолжается и в рабочую субботу.

В начале заседания Яне Арабейка, студентке БГПУ, делается плохо, сердце. Приезжает скорая помощь, а к зданию суда пригоняют автозак.

Яна Арабейка. Фото: АВ / Белсат

Адвокат Яны подает ходатайство об изменении меры пресечения на домашний арест. Возражает прокурор. В изменении меры пресечения на домашний арест отказывают.

Затем прокуроры по очереди продолжают зачитывать обвинения. Снова меняются только фамилии, университеты и адреса.

После обеда продолжают зачитывать подобные обвинения. В частности, описываются акции 26 октября 2020 года, когда был объявлен «Народный ультиматум».

По версии следствия, в эти дни происходило «нарушение нормальной работы учреждений образования и образовательного процесса», «блокирование прохода в учреждения образования», «создание шума, мешающего образовательному процессу». Что такое нормальная работа учреждения образования, не уточняется.

Подозреваемые действовали в том числе «с помощью мессенджера Telegram», в частности, Ольга Филатченкова якобы «размещала призывы в Telegram-канале «Мирный БГУИР».

Также в тексте обвинения непонятным образом фигурирует Светлана Тихановская.

День третий. 17 мая

На заседание снова пропускают только родственников. Возле здания суда дежурят бус и автозак.

Сестра задержанной Ксении Сыромолот сообщает, что в зале много незнакомых 50-летних мужчин, которые отказываются представиться и на вопросы, кого именно из подсудимых они пришли поддержать, не отвечают.

Через два дня зачитывания обвинений прокурор спрашивает у студентов, признают ли они свою вину.

Кася Будько и Яна Арабейка говорят, что им обвинение не понятно, Глеб Фицнер согласился с обвинением, остальные фигуранты вины не признали.

Отец политзаключенной гродненки: Возможно, моя дочь попала в заложники

Далее начинается опрос свидетелей из БГУ. Первым выступает проректор Иван Янушевич.

На вопросы прокурора отвечает, что факты срыва занятий ему не известны, а учебный процесс проходил по плану. Также Янушевич заявил, что дает показания со слов лиц, должностей и фамилий которых не может назвать.

Защитник: Было ли раньше запрещено собираться и петь?

Янушевич: Раньше никто не собирался. Не запрещено.

Защитник: Не запрещено?

Янушевич: Не разрешено. (Присутствующие в зале смеются.)

Зачитываются показания Янушевича, которые он давал при допросе: в них говорится, что акции нарушали учебный процесс. Также в показаниях сказано, что он знал и остальных студентов-обвиняемых, несмотря на то, что на суде заявил, что лично знаком только с Ильей Трахтенбергом.

В качестве следующего свидетеля от БГУ выступает заместитель декана химфака Наталья Санкевич. Она рассказывает, что 26 октября проходили акции, были лозунги, флаги, но учебный процесс не был нарушен. Также она заявила, что мероприятия не запрещаются, но должны согласовываться по правилам распорядка.

Прокурор: Из-за чего были акции?

Санкевич: Они называли это акциями солидарности. Солидарности с невинно пострадавшими.

Обвинитель: От кого пострадавшие?

Санкевич: От силовых структур, наверное. Сейчас уже сложно сказать.

Прокурор: Требовали ли от вас что-то студенты?

Санкевич: Да, чтобы администрация потребовала новых выборов. Мы объяснили, что это не в нашей компетенции.

Студенты БГУ бастуют. Фото: Агата Квятковска «Белсат»

Далее в качестве свидетеля выступают начальник управления воспитательной работы с молодежью БГУ Екатерина Зуева и заместитель декана юрфака Анна Бакун.

Обвинитель: Было ли препятствие передвижению?

Бакун: Акции были не массовыми и кратковременными, так что не факт, что они затрудняли проход.

Обвинитель: Причины акций?

Бакун: Студенты юрфака просили официальный комментарий юрфака БГУ по поводу происходящего в стране.

Обвинитель: Что вы им ответили?

Бакун: Что мы не уполномочены давать комментарии по вопросам, которые не касаются учебного процесса.

Также Бакун заявила, что срыва занятий не было.

На вопрос защитника, можно ли вызвать милицию без согласования с администрацией, Бакун ответила, что это философский вопрос.

Следующий свидетель – бывший заместитель декана по воспитательной работе журфака БГУ Федор Дробеня.

По словам Дробени, на журфаке китайским студентам пришлось скомпенсировать академическое время, потому что акции мешали им учиться, а для «отечественных» студентов акции были для того, чтобы «попиариться» и «пособирать лайки», но они не знали, во что ввязываются.

Дробеня: Высказывать мнение студенты могут на занятиях в малых группах. На экономике, политологии.

Защитник: Где это написано?

Дробеня: Не знаю.

День четвертый. 18 мая

Во вторник показания давали преподаватели и представители администрации педагогического и лингвистического университетов.

Свидетели из БГПУ акцентировали внимание на том, что акции портили имидж университета.

После обеда в суде выступил представитель администрации МГЛУ Алексей Дербин. Он утверждает, что знает о студенческой забастовке по записям из интернета и с камер видеонаблюдения.

Дербин рассказал, что акции мешали, создавали препятствия, но существенного вреда не было, занятия проводились, учебный процесс не останавливался.

Адвокат: Каким образом сотрудники правоохранительных органов попали на территорию университета?

Дербин: Они имеют на это право.

Задержанных активистов Объединения белорусских студентов признали политзаключенными

Следующим вызвали свидетеля Александра Пониматко –декана переводческого факультета МГЛУ.

В своих показаниях декан рассказал, что на акциях в МГЛУ студенты пели песни и стояли в шеренге, иногда присутствовала бело-красная символика.

Какой-либо ущерб учебному процессу был?

Пониматко: В целом нет, только забастовка, когда студенты не ходили на пары.

– Имидж был испорчен этими акциями?

Пониматко: я думаю, что нет, имидж создают успешные выпускники. Он у нас достаточно высокий.

– Из-за чего выходили студенты?

Пониматко: Показать свою гражданскую позицию по поводу выборов и политической ситуации в стране.

День пятый. 19 мая

На пятый день суда свои показания дают сотрудники ОМОНа. Один из них был возле БГУ, еще двое – рядом с МГЛУ, но обвиняемых они не знают. На вопрос, просили ли преподаватели вуза помощи у ОМОНа, конкретного ответа нет.

Также, по словам свидетелей из ОМОНа, физической силы в машинах к задержанным не применялось.

Следующими в качестве свидетелей выступают студенты МГЛУ и БГПУ. Студентка Дарья Хомич из МГЛУ рассказала, что ранее участвовала в акциях, но после ареста решила не ходить. Об акциях она узнавала из канала «МДЛУ за свободу».

Далее свои показания дает охранник МГЛУ. По его словам, он слышал недовольство акциями от студентов и преподавателей.

Студенты МГЛУ массово вышли на акцию солидарности 30 октября. Фото: ТК/Belsat.eu

После обеда выступает начальник управления по воспитательной работе с молодежью МГЛУ Игорь Пученя. Он был одним из тех, кто держал дверь закрытой перед студентами во время акции 1 сентября, когда к зданию университета подъехал ОМОН. Никого из обвиняемых он не узнает.

Пученю спрашивают, препятствовали ли студенты учебному процессу. Он отвечает, что «скорее нет: все это было на первом этаже, где кабинеты администрации». Также свидетель говорит, что студенты не мешали входу в университет, но от акций пострадал имидж университета.

Следующий свидетель – бывший ректор МГЛУ Наталья Баранова. Она уверена, что в акциях виноваты не студенты.

Баранова: Мое мнение – кто-то хотел подставить наш университет.

Обвинитель: Нормальное функционирование учреждения было нарушено?

Баранова: Согласно такой формулировке – нет. Работа учреждения по графику нарушена не была. Но эмоциональная составляющая была нарушена, все волновались и думали о происходящем.

День шестой. 20 мая

На шестой день суда начинают опрашивать Павла Маркауцана, проректора БГМУ.

По его словам, в университете проводились массовые мероприятия, грубо нарушавшие порядок, и проводились чаще всего во время учебного процесса. Из-за того, что в БГМУ нет единого расписания занятий, у учащихся мог быть перерыв и занятия в одно и то же время.

Проректор рассказал, что 26 октября студенты нарушили пропускной режим, а 28-го пришлось вызвать милицию, так как «поговорить со студентами не удалось».

Защитник: Как нарушилась безопасность?

Маркауцан: Могли зайти другие.

Защитник: Каким образом студенты могли понять, что безопасность нарушена?

Маркауцан: Ну, понимаете, иностранные студенты в недоумении.

Защитник: Так нарушена их безопасность или они в недоумении?

Маркауцан: Ну, от непонимания они чувствуют себя в опасности.

Следующий свидетель – начальник юридического отдела БГМУ Наталья Чистая. По ее словам, местами акции нарушали технику пожарной безопасности. Отмечает, что студенты в правовом плане подкованы хорошо, но с их стороны было полное игнорирование большой профилактической работы.

Далее свидетельские показания дает Виктор Баран, проректор БГМУ по административно-хозяйственной работе.

Рассказывает, что на акциях было более 100 человек, но образовательному процессу они не мешали: мешали сидеть на скамейках.

После обеда показания дают студенты БГМУ Шляхов и Зубчонок. Шляхов на вопрос защитника, проявляли ли студенты агрессию во время акций, угрожали ли расправой за отказ присоединиться, отвечает, что студенты ходили мирно и спокойно. Заявляет, что акции никому не мешали.

Зубчонок говорит, что песни студентов и сидение на лестнице ему не мешали, и никто из студентов ему не жаловался.

Студенты биофака БГУ поддерживают студентов МГЛУ. 7 сентября 2020 г. Фото: Ирина Ареховская / belsat.eu

Следующей выступает Светлана Шилова, проректор БГМУ, доцент кафедры акушерства и гинекологии.

Свидетель рассказывает об акциях 26 и 28 октября: учебный процесс шел, но цели сборов не хочет упоминать, так как «цель студентов, которые пришли учиться, – учиться».

Илья Трахтенберг задает свидетелю вопрос: каким правовым актом регламентируется проведение массовых мероприятий, на что Шилова отвечает:

«Глубокоуважаемый молодой человек, если у вас будет возможность, зайдите на сайт и посмотрите на сайте приказ о проведении массовых мероприятий». Зал возмущается.

Далее свидетельские показания дает Татьяна Ярошевич, заместитель декана лечебного факультета по воспитательной работе.

Она рассказывает, что была свидетелем акции 10 сентября, об акции 26 октября знает по видео. Также заявляет, что образовательному процессу был нанесен ущерб, так как студенты смотрели Telegram-каналы, и это их отвлекало.

Обвинение: Занятия были сорваны?

Ярошевич: Да. Это было видно на видео.

В суде выступает первый свидетель от БГУИР, декан факультета информационных технологий и управления Леонид Шилин. Он рассказывает, что с 1 сентября шли акции, студенты собирались на ступеньках с плакатами «отпустите кого-то там».

Ольга Филатченкова задает свидетелю вопросы. На один из них, есть ли у гражданина РБ право свободно собираться, Шилин отвечает: «Нет». Ольга спрашивает, знает ли свидетель, что право свободно собираться прописано в Конституции, но Шилин поднимает на нее голос, а судья делает замечание.

День седьмой. 21 мая

В суде продолжается опрос свидетелей из БГУИР. Выступает первый проректор Максим Давыдов. Он рассказывает, что акции проходили в сентябре-октябре, и, как правило, на перемене с 15:20 до 15:50. На них участники стояли и иногда пели песни и лозунги, но никакой символики не было. Проход был свободный, и никаких жалоб не поступало.

Защитник: Как вы считаете, на переменах, когда собирались студенты, это их личное время?

Давыдов: Да.

Защитник: То есть они могут проводить его как хотят и собираться где угодно?

Давыдов: Да, почему нет.

Причиной акций Давыдов называет несогласие с результатами выборов – «студенты хотели какого-то диалога».

Защитник: Были ли еще причины?

Давыдов: Да, студенты были не согласны с тем, что избили их родственников.

Следующие свидетели – заведующая кафедрой философии БГУИР Галина Малыхина и представитель департамента охраны МВД в БГУИР Артем Порутенко.

Акция «Стихи на ступеньках» возле БГУИР. Минск, Беларусь. 15 сентября 2020 г. Фото: ТК / belsat.eu

Порутенко говорит, что предупреждал студентов, собравшихся на ступеньках корпуса, что их мероприятие несанкционировано. Делал это по указанию «руководства», какого именно – не уточняет. С «руководством» контактировал через мобильный.

Судья зачитала свидетельства Порутенко, данные в ходе следствия.

Обвинитель: Исходя из ваших показаний, вы работали только в октябре. Но есть информация и про сентябрь. Как вы это прокомментируете?

Порутенко: Ну, наверное, так и было.

Обвинитель: Но пост охраны установлен только 22 сентября, откуда вы знаете о 1 сентября?

Порутенко: Значит, это ошибка.

В материалах дела также фигурирует Академия управления при Президенте РБ. Но в этом вузе акций практически не проводилось, и срыва учебного процесса тоже не было.

После перерыва на суде выступает свидетель Геннадий Житенев, начальника отдела вахтовой службы БГУИР. Свидетель рассказывает о том, что по устному приказу руководства университета после начала акций у студентов начали проверять студенческие билеты представители добровольной дружины.

Следующий свидетель по делу – Наталья Мигунова, вахтер БГУИР.

Мигунова утверждает, что на акции собиралось примерно по 200 человек, и каждый раз они вели себя по-разному: первая акция была шумная, с аплодисментами, призывами и лозунгами. А потом была сидячая забастовка, где студенты пели песни. Полного перекрытия прохода не было. Символики при них тоже не было.

Далее опрашивают студентку БНТУ Дарью Габышеву. Девушка рассказывает о первой акции, которую она видела в октябре-ноябре. По ее словам, в холле университета спокойно стояли человек 20.

Защита: Как вы поняли, что это акция?

Габышева: Ну, там просто всегда было пусто, а тут стояли люди.

Защита: Были флаги и символика?

Габышева: Нет.

Защита: Что они делали?

Габышева: Контактировали между собой.

Также в суде в течение первых семи дней зачитывались дополнения к материалам дела:

  • приказы об отчислении студентов из вуза,
  • докладные записки на студентов,
  • пояснительные студентов,
  • протоколы допроса,
  • правила внутреннего распорядка всех университетов,
  • протоколы опросов свидетелей,
  • приказы ректоров различных университетов, запрещающих проведение массовых мероприятий на территории университета.

Следующие заседания судов будут проходить почти каждый рабочий день до середины июня. После допроса свидетелей планируется начать опрос заключенных студентов и Ольги Филатченковой.

АД/АА, belsat.eu

Новости