Адвокатов «осталось более чем на три дня», но их делают «мебелью». Как дальше жить защитникам белорусов

Один из адвокатов, который был вынужден покинуть Беларусь в связи с возможным политическим преследованием, рассказал «Белсату» как работают адвокаты в стране, где «иногда не до законов».

Иллюстрационное фото. Дом правосудия Бреста. Фото: Белсат

Этот адвокат просит не называть его имени, но теперь чувствует себя в относительной безопасности за границей. Но в Беларусь адвокат пока не собирается возвращаться: «либо ради победы усердствовать, либо никак, так как в Беларуси скоро будет выжженная земля». Адвокат рассказывает, как сейчас живется его коллегам в Беларуси – и что их может ждать дальше. Продолжаем рубрику «Как жить будем?».

Если все безнадежно, почему адвокаты все равно идут в политические дела?

Наш собеседник говорит, что до недавнего времени не занимался уголовными и административными делами, потому что знал, что это «работа бессмысленная, ты ничего не можешь сделать». Это стало многим видно в 2020 году, но сама тенденция более ранняя: года с 2010-го, а то и раньше, адвокаты в Беларуси стали «мебелью», говорит он.

Защитники могут разве что проверять, правильно ли заполнены бумаги, и передавать информацию из СИЗО или заключенному в изолятор. На этом, убежден собеседник, сейчас реальные функции адвоката закончены. Почему тогда адвокаты продолжают идти на защиту в политических делах?

«Во-первых, это делается для того, чтобы все зафиксировать, чтобы задокументировать абсурдность обвинений, выявить и задокументировать нарушения закона и норм права, законов формальной логики, – объясняет адвокат. – Во-вторых, это делается ради самого себя: убедить себя, что правда на твоей стороне».

Он сетует: это бессилие сильно деморализует, когда видишь очевидные вещи, а тебе говорят, что «все было не так». Адвокат приводит в пример процесс над членами Координационного совета Марией Колесниковой и Максимом Знаком: процесс сделали закрытым именно для того, чтобы меньше людей видело абсурдность обвинения и нарушение следствием и судом законов Беларуси и законов логики.

Цитировала Бахаревича по-белорусски, говорила о моральном выборе и совести. Последнее слово Колесниковой

Если из профессии продолжать выдавливать адвокатов, случится ли так, что некому будет защищать людей по политическим делам?

Адвокаты в Беларуси раз в пять лет проходят обязательную аттестацию, но им устраивают и внеочередную аттестацию. Адвокатов оценивают не их авторитетные коллеги, а Министерство юстиции. И адвокаты, которых вызвали на аттестацию в связи с работой по политическим делам, были лишены лицензии за «несоответствие критериям».

Когда начался послевыборный кризис, из 2000 зарегистрированных адвокатов первые петиции против насилия и в защиту прав подписали около 200, дальше что-то активно делать в этом направлении продолжила сотня, полагает собеседник.

«Адвокаты, наверное, не закончатся, но искусственно создается дефицит адвокатов, – рассуждает он. – Министерство юстиции ограничивает количество стажеров, которых можно готовить к сдаче экзаменов и получению лицензии. Это влияет на ценник, на стоимость юридической помощи. И это сказывается на качестве юридической помощи.

Чтобы этот дефицит как-то компенсировать, заполнить нишу, они придумали, что получать лицензию без экзамена могут бывшие работники судов и правоохранительных органов. Это так себе выход. Если человек хочет получить юридическую помощь, он в конце концов адвоката найдет. Но будет ли этот адвокат соответствовать нормам, которых хотел клиент, будет ли эта помощь настоящей и честной?».

«Судей, выносивших политические приговоры, уволим». Сергей Зикрацкий – о сегодняшнем и завтрашнем днях белорусских судов

Собеседник приводит такие цифры: в российском Санкт-Петербурге и Ленинградской области живет 7,3 млн человек, в адвокатских палатах там зарегистрированы 10 тысяч адвокатов. В Беларуси на 9,3 млн человек – только две тысячи.

Если адвокат уедет за границу, найдет ли он работу?

Сам наш собеседник имеет опыт, чтобы выступать советником или координатором в юридической компании или у юридического подразделения организации в другой стране. Поскольку существуют мировые законы бизнеса и две основные системы права: романо-германская и англо-саксонская, а все остальное это нюансы, заниматься которыми могут сотрудники низшего уровня.

Но свой опыт он считает исключением: в адвокатуру он пришел уже высококвалифицированным специалистом, руководил десятками подчиненных, а у большинства белорусских адвокатов такого опыта не будет.

Переквалифицироваться на работу адвокатам за рубежом очень непросто: надо начинать с нуля изучать право в университете той страны, где собираешься работать, и, конечно, выучить язык новой страны. Исключение – Россия, там белорусскому адвокату можно просто зарегистрироваться в реестре иностранных адвокатов и продолжать работать, если он не лишен лицензии в Беларуси.

Это вроде не моя война, но… Как россиянка стала волонтером «Весны» и почему была вынуждена бежать из Беларуси

Власти прямо говорят адвокатам о «правилах игры»

Хотя законы в Беларуси могут не работать, судебная система действует и исправно выносит решения. А адвокаты как участники этой системы теперь будут бояться публично высказываться по поводу своих дел и своих подзащитных, говорит собеседник.

На конференции Минской городской коллегии адвокатов 4 марта выступали председатель Республиканской коллегии адвокатов Виктор Чайчиц, председатель Минской городской коллегии Алексей Шваков, заместитель министра юстиции Николай Старовойтов. Аудиозаписи с той конференции публиковала «Весна».

Виктор Чайчиц. Фото: moka.by

Их выступления были, говорит собеседник, «полным трэшем», «хуже XXV съезда КПСС». Краткое содержание, по словам адвоката, было таково: «Вы должны сидеть как мыши под веником, не лезть в политику, никому ничего не рассказывать, ничего не публиковать в социальных сетях, говорить то, что вам скажут. Кто не согласен – государству придется принимать меры».

Собеседник считает такое отношение очень вредным для общества. Он напоминает, что, согласно международному праву, адвокатура должна быть самоуправляемой, само сообщество должно вырабатывать и принимать «правила игры». Даже в России, говорит он, лицензии на адвокатскую деятельность выдают адвокатские палаты, а не Министерство юстиции, как в Беларуси.

«Не вам требовать у меня удостоверение». Лишенный лицензии адвокат написал открытое письмо руководству коллегии

Что делать адвокатам: писать жалобы, добиваться справедливости юридическим путем?

Собеседник говорит, проблемы адвокатов сейчас не юридические, а политические, поэтому и решить их можно только политическим путем. Да пока «никто не будет рыпаться», убежден он: все будут получать свои деньги и кивать с умным видом.

«Те правила игры, которые сейчас навязывает Министерство юстиции, всем понятны, их напрямую озвучивают, – говорит адвокат. – В более здоровой системе могли быть бы другие, но для этого нужно разговаривать и договариваться, а все переговоры и договоры могут происходить только после демонтажа действующей системы. А сейчас все делается ради того, чтобы подчинить режиму, хунте, в том числе и адвокатское сообщество».

В прошлом году обсуждали даже забастовку адвокатов, но тогда такая точка зрения не победила: договорились, что нельзя оставлять людей без помощи. Собеседник считает это смешным, так как заключенному в СИЗО почти все равно, придет ли к нему адвокат, а вот если на суде обвиняемый будет требовать адвоката, а они все бастуют, процесс будет сорван. Но сейчас призывов к забастовке адвокатов и нет.

АА/ИР belsat.eu

Падпісвайся на telegram Белсату

Новости