«Пока Миша в СИЗО, дочь сказала свое первое слово – папа». История семьи брестского политзаключенного

Суд Московского района Бреста 5 мая продолжает рассмотрение дела по второй части обвиняемых в массовых беспорядках в областном центре 10 августа прошлого года. Судят 13 человек. Среди них – 24-летний Михаил Калишук. Накануне одного из последних заседаний мужчина был сильно избит. Как сказал Михаил, бил конвой. Конвоиры же написали рапорт, что Михаил сам бился головой о решетку и стену. Били молодого человека и во время первого задержания в августе – тогда сломали несколько ребер. Брестчанину грозит до восьми лет тюрьмы. На свободе его ждет гражданская жена Дарья и маленькая дочь Ева, которая научилась разговаривать, пока папа в заключении.

Михаил Калишук. Фото: семейный архив

О Михаиле и о том, как живет сейчас его разделенная семья, «Белсат» поговорил с брестчанкой Дарьей Яковлевой. Женщина называет себя гражданской женой Михаила, так как свои отношения пара официально еще не оформила. К принятию решения о браке подтолкнул арест Михаила, хотя молодые люди вместе с 2017 года и воспитывают маленькую дочь Еву, которой в конце мая исполнится полтора года. Брестчане хотят провести свадьбу когда Михаила переведут в колонию. Расписываться в СИЗО не хотят, так как только в колонии можно рассчитывать на долгосрочное свидание на трое суток.

– Я готова вступить в брак в таких условиях, потому что я понимаю, что для Миши это будет радостью, – говорит Дарья.

«Смотрю – Миши нет в «клетке». Сердце екнуло»

Женщина начинает рассказ о своем любимом человеке с инцидента накануне предпоследнего судебного заседания 28 апреля – Михаила тогда сильно избили.

– Я тогда, как обычно, пришла на суд. Смотрю – а Миши нет в «клетке», – рассказывает брестчанка. – У меня екнуло сердце. Я спросила у главного конвоира, где Миша, тот ответил, что судья сейчас все скажет. Когда начался суд, секретарь объявила, что Калишук не доставлен по состоянию здоровья.

Судья постановила, чтобы в тот же день Калишука осмотрел врач и определил, может ли обвиняемый участвовать в процессе. Врач после осмотра дал справку, что Михаил в состоянии присутствовать на суде.

Дарья Яковлева. Фото: семейный архив

Привезли в суд: на руках вмятины от наручников, бровь разбита, на лбу шишки

Слушание продолжилось после обеда, в 14.30.

– Руки зажаты, красные, на них видны вмятины от наручников миллиметров по пять точно. Правая бровь разбита, на лбу шишка.

В конце заседания судья зачитала рапорт конвоиров о том, что Михаил сам начал биться головой о решетку и стену, так как отказывался ехать в суд, кроме того, угрожал расправой над семьями конвоиров, оказывал сопротивление, поэтому они, конвоиры, были вынуждены применить спецсредства и физическую силу. Михаила били электрошокером, в глаза брызгали перцовым газом.

– Я была в таком сильном стрессе после того заседания, что не помню, как доехала из Бреста до мамы в деревню, – вспоминает Дарья. – Я не понимаю, как можно было написать такой рапорт. Как это – человек на пустом месте начал биться головой об стенку? Как можно так врать?

По словам Дарьи, Михаил на суде сказал, что рапорт – ложь от начала до конца. Мужчина объяснил, что произошло на самом деле – он отказался ехать в сопровождении одного из конвоиров, так как на предыдущем заседании тот крепко зажимал ему наручники и выламывал руки.

– Миша показывал на этого конвоира, который его бил, – говорит Дарья. – К сожалению, я не знаю его имени, но я видела его, он сидел на суде за мной. Он очень нервничал, когда Миша о нем говорил, жевал резинку, у него маска ходуном ходила. Когда я повернулась и посмотрела ему в глаза, он грубо сказал мне отвернуться. Грубил также маме Миши, оскорблял ее.

Ева, дочь Михаила Калишука. Фото: семейный архив

«Пока вы будете сидеть, мы начальниками станем»

29 апреля, на следующем заседании, по словам Дарьи, этот конвоир сидел уже впереди, там, где судья. Дарья с родными написали три заявления на конвойного – на имя судьи, прокурора и начальника Брестского УВД.

Мишу больше не били. Выглядел он, по словам Дарьи, хорошо.

– Он смотрел на меня и улыбался. Но ведь он всегда у меня такой – никогда не показывает, что у него что-то болит, терпит. Но я думаю, что ему еще долго было больно после избиения.

Дарья отметила, что от родных других обвиняемых по этому делу ей стало известно, что случай избиения Михаила – не единственный факт издевательств конвоиров над людьми.

Открытка за решетку вместо поездки в Испанию. Политзаключенный Виталий Прохоров встречает 18-летие в колонии

– Рассказывали, что когда перевозят из СИЗО в суд и обратно, им включают песню «Саша останется с нами», во время обеда забирают ложки и так заставляют есть, еще заставляют ходить лицом в пол, полностью согнувшись, говорят – пока вы будете сидеть, мы начальниками станем, – рассказывает Дарья.

«Миша был весь фиолетовый, сломаны несколько ребер»

Михаила Калишука обвиняют по ч. 2 ст.293 Уголовного кодекса РБ – в участии в массовых беспорядках в Бресте вечером 10 августа.

– Это когда была «бомбёжка» на Мопра (события на улице Мопра. – Прим. Ред.), – уточняет Дарья. – сторона обвинения утверждает, что Михаил таскал какое-то бревно. Но пока из фактов есть только то, что избили его, а не он кого-то.

Дарья рассказывает, что сами милиционеры после задержания в тот же вечер, 10 августа, так избили Михаила, что сами же его завезли в больницу скорой помощи, где у него были зафиксированы переломы нескольких ребер. Из больницы мужчину тогда отпустили домой.

Справка Михаилу Калишуку. Фото: семейный архив

– Он был весь синий, фиолетовый, когда пришел домой. – Ему было плохо, он говорил, что им всем это все равно вернется. Мне детали не рассказывал, не дал даже сфотографировать все эти побои. Только на суде я узнала, что его тогда били в каком-то спортивном зале.

31 августа Михаила снова задержали.

– Приехали к нам домой и забрали его в ИВС, сказали: нам надо поговорить о том, где ты был 10 августа. А через трое суток перевели в СИЗО, – рассказывает Дарья.

В начале октября белорусские правозащитники признали Михаила политзаключенным.

«Никогда не будет терпеть унижения, из-за чего в СИЗО на профучете»

За время заключения Михаила Дарье дали с ним одно свидание – 23 февраля. Женщина говорит, что муж в целом хорошо держится, но она понимает, что у него могут быть и уже есть проблемы из-за его «горячей крови».

– Михаил – очень добрый, отзывчивый, чуткий, всегда готов прийти на помощь даже чужим. Но он не будет сносить унижение, например, ходить на коленях, как их там заставляют, – говорит Дарья. – А после того рапорта конвоиров его вообще отправили в карцер на десять дней.

Стоял в палаточном городке в 2006, в 2020 – обвинен в «Пинском деле». Рассказываем об Игоре Соловье, которого наказали 6 годами усиленного режима

Письма в СИЗО, по словам Дарьи, доходят плохо – ответа можно и десять дней ждать, некоторые вообще не доходят.

Оптимизма относительно приговора у собеседника нет. Особенно глядя на приговоры по «Пинскому делу», Дарья поняла, что хороших результатов ждать не стоит. Брестчанка морально готовится к расставанию с мужем лет на пять. Говорит, что Михаил тоже морально готов к сроку, и даже уже хочет скорее в колонию из СИЗО, где над ним издеваются.

«Принесла дочь на суд, чтобы Миша посмотрел на нее»

Дарья рассказывает, что Михаил пишет в каждом письме, как сильно скучает по дочке. Когда Еве исполнился годик 29 ноября, папа прислал ей трогательное поздравление на самодельной открытке.

По словам жены политзаключенного, дочь, хоть и маленькая, тоже скучает. Ее первым словом было не мама, а папа. Хотя папу девочка теперь знает больше из рассказов мамы: когда Мишу арестовали, ей было всего девять месяцев. Дарья привозила дочь на одно из судебных заседаний, чтобы Миша мог посмотреть на нее.

– Я ждала в коридоре, а когда заседание закончилось, и их выводили, я подняла Еву выше, чтобы и она увидела папу, и он ее, прежде всего, – рассказывает брестчанка. – Я тоже очень скучаю по Мише. Сильно переживаю. Особенно сейчас, после этого избиения. Я постоянно на нервах. Я вообще не понимаю, что происходит в стране, за что дают все эти сроки, за что их бьют?

Поздравления Михаила Калишука дочери. Фото: семейный архив

До ареста Михаил Калишук планировал ехать работать в Польшу. Брестчанин окончил строительный колледж, получил там несколько строительных специальностей. Хотел работать в этой сфере, но зарплаты в Беларуси его не устраивали. Теперь семья планирует ехать в соседнюю страну вместе после освобождения Михаила.

– И я очень надеюсь на изменения, потому что уезжать не хочу – все-таки, здесь наша Родина, наши родные, друзья.

Поддержать Михаила Калишука письмом можно по адресу: СИЗО-7, г. Брест, ул. Советских пограничников, 37, 224030.

Анна Гончар/МВ, belsat.eu

Новости