Беларусь попала в европейские лидеры по количеству заключенных

Опубликован рейтинг стран по количеству заключенных. Где в нем Беларусь?

Евгений Расторгуев впервые попал за решетку в 2011 году, в возрасте 19 лет. По нашумевшей 328 статье его лишили свободы на 2 года. Среди знакомых парня много тех, кто получил по этой же статье намного большие сроки.

«В то время, когда я сидел, было много осужденных и ожидающих судов. Тюрьмы были переполнены, спали в три яруса, некоторые вообще были без спальных мест, спали по очереди. На 20 нар в камере – 40 человек, ровно вдвое больше, кто-то спит днем, кто-то спит ночью», – рассказывает Евгений.

На 1000 человек в Беларуси – 343 узника, в то время, как в странах Европы эта цифра не превышает и двухсот. Официально же количество осужденных по статье 328 снижается. А вот количество несовершеннолетних, получивших сроки за «наркотические» статьи, растет.

«Каждый суд, каждый сотрудник, начиная от следователя, заканчивая судьями. Они же получают за то, что человек садится. Считаю, что это сделано… для отчетности, для галочки, возможно, для каких–то премий», – говорит Евгений Расторгуев.

Бывшая заключенная Татьяна Суховер, анализируя свое прошлое, приходит к другим выводам, почему Беларусь лидирует по количеству заключенных.

«Когда я отбывала наказание в ИК-4 Гомеля, не одна я, думаю, там работала бесплатно. Там работали многие девочки, а платили только тем, у которых большие сроки. У меня приговор был на год и шесть месяцев, и, естественно, я там покупала себе что-то только за родительские деньги», – делится воспоминаниями Татьяна.

Девушка впервые попала за решетку в 17 лет, она была осуждена по статье 205 за кражу. Хотя Татьяна и шила в тюрьме милицейскую форму, устроиться на работу швеей после освобождения она не смогла, государство не помогло ей ничем.

«Если бы мне выслали документы, что я там работала, что у меня есть разряд швеи, то я могла бы давно пойти работать. С ноября, как меня освободили, я могла бы пойти и работать швеей. А так у меня этих документов нет, поэтому мне нужно идти на швею учиться», – жалуется Татьяна Суховер.

По словам правозащитника и директора учреждения «ТаймАкт» Василия Завадского, много заключенных в Беларуси осуждены повторно: после освобождения людям никто не помогает, и они снова нарушают закон. Но ведь это не единственная причина.

«У нас в государстве уголовная ответственность есть за те преступления, которые не требуют лишения свободы. Это экономические преступления и ненасильственные преступления. А если говорить о глубинных причинах – то это восприятие человека как материала. Не как главной ценности, для которой все должно делаться, а как материала», – считает Василий Завадский.

Статистика не учитывает людей, которые содержатся в лечебно-трудовых профилакториях. Но по факту, говорит эксперт, это такие же заключенные. При точных подсчетах Беларусь могла бы опередить Турцию и Россию, у которых официально узников больше.

«Какие реформы надо бы проводить? Это отсутствие уголовного наказания за ненасильственные и экономические преступления и это совсем другие сроки заключения, декриминализация некоторых статей, связанных с теми же наркотиками», – говорит Василий Завадский.

При этом, по мнению эксперта, среди осужденных преобладают люди трудового возраста, до 50 лет. То есть как раз те, чьих рук и голов столь не хватает на свободе.

Елена Дубовик/ОГ, «Белсат»

Смотрите также