Александр Федута «Казус Бабченко» на фоне смерти Ульяны Захаренко

политконсультант

– Б…дь!

Вся выставка интеллектуальной книги «Прадмова» обернулась в центр зала. Я стоял с телефоном, на экране которого генеральный прокурор и директор Службы безопасности Украины рассказывали о том, что они инсценировали покушение на Аркадия Бабченко.

– Б…дь!

Поэт Дмитрий Строцев, интеллигентнейший из известных лично мне людей, пытался меня успокоить:

– Он жив. Он вошел уже в зал.

– Б…дь!

Я понимаю возмущение «Репортеров без границ». Мировое журналистское сообщество заставили оплакивать живого человека – и это при том, что сотни журналистов реально погибают в мире каждый месяц. Понятно: цель оправдывает средства, как говорилось членами известного ордена, но… Но предел есть.

Точнее всего отношение к происходящему выразила моя коллега по некогда выходившим «Московским Новостям» Татьяна Скоробогатько, написавшая в своем аккаунте фейсбука:

– А его маму предупредили о такой инсценировке?

Она правильно спросила. У нас в стране исчезли без следа два бывших члена правительства, бизнесмен и журналист. Мать экс-министра внутренних дел Юрия Захаренко умерла, не дождавшись правды о судьбе сына. А глава государства в это время твердил:

– Они живы! Их видели живыми! Одного – в Латвии, другого – в Германии!

И хотя ни одного доказательства представлено не было, Лукашенко повторял этот бред как заклинания:

– Они живы! Они живы!

А сейчас у него появилось косвенное свидетельство – «казус Бабченко»: мол, смотрите, на что эти суки готовы пойти, чтобы добиться своей цели! До инфаркта людей доводят! А сами – живы!

Меня до инфаркта не довели. Что я могу сказать? Живите долго, Аркадий Аркадьевич Бабченко. Второй раз, если вдруг я Вас переживу, оплакивать Вас я не буду. Мне хватило первого. Я всё сказал.

Читайте также:

Фото на обложке: Mykola Lazarenko/Ukrainian Presidential Press Service

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Смотрите также
Комментарии