Александр Гелогаев Как жителям Бреста навязывают чужую память о 1941 году

историк, военный обозреватель

Реконструкторы в форме НКВД гуляют по брестским улицам

Сегодня в Брестской крепости проходит историческая реконструкция – любители военной истории при поддержке местных властей, Министерства обороны Беларуси и отдельных воинских частей будут показывать публике эпизоды боёв 1941 года.

Однако какая была роль беларусов в этих событиях, имеет ли защита Брестской крепости отношение к беларуской военной истории, и что происходило на самом деле не только в крепости, но и в городе?

«Последний мирный вечер»

21 июня в городе прошла первая «реконструкция». Она называлась «Завтра была война» и показывала красивый, мирный, почти идеальный и сусально-сахарный «последний мирный вечер в Бресте». По городу ходили люди в гимнастерках Красной Армии и НКВД, обнимались и фотографировались с девушками. Посмотрите, брестчане, как счастливо жилось в вашем городе за несколько часов до войны.

Однако радостным этот день был разве что для партийно-чекистского начальства, а вовсе не для местных жителей. Именно в этот день из города в Сибирь отправился очередной эшелон с репрессированными местными жителями.

«Когда на запасных путях станции появлялись эшелоны товарных вагонов с зарешеченными окнами, все знали, что скоро будут очередные аресты и вывоз. Система была такая: примерно в час ночи в дверь стучали… Проводили быстрый обыск, после чего арестовывали и выводили мужчин. Женщин и детей в переполненных вагонах отправляли в неизвестном для них направлении. Некоторые, особенно престарелые, не выдерживали трудностей этого пути. Их тела охрана выбрасывала из вагонов на станциях», – рассказывал житель Бреста Светозар Синкевич.

Депортации начались еще в феврале 1940 года, и посодействовала сладкой жизни чекистов, коммунистических чиновников и их семей – от «добытых» в домах репрессированных роскошных костюмов до килограммов ювелирных украшений и десятков золотых часов. Эта счастливая мирная жизнь новых оккупантов была построена на грабеже, убийствах и пытках предков современных жителей Бреста.

Только в феврале 1940 года коммунисты отправили в ГУЛАГ более 50 тысяч жителей Западной Беларуси. К весне из них погибло более 11 500 человек, в основном дети и старики. Вторая депортация произошла 13 апреля 1940 года, в ходе которой из Западной Беларуси выселили 26 777 человек. Третья волна депортации произошла 29 июня 1940 года, в Сибирь вывезли 22879 человек. Во время четвертой депортации в июне 1941 г. вывезли 22 353 человек.

Битва за крепость – мифология и реальность

Зрители, собравшиеся посмотреть на военно-историческую реконструкцию, увидели стандартно советское описание событий 22 июня 1941 года – атаки немцев, контратаки советских солдат, фрагменты боев на границе.

Теперь уже не секрет, что Брестскую крепость штурмовала одна немецкая пехотная дивизия с дополнительной артиллерией. При этом атаковала она гораздо большие количественно силы СССР – там были подразделения двух дивизий советской армии, Брестского пограничного отряда, отдельного инженерного полка, штабы, подразделения 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД.

Уже в первые часы боев немцы ворвались в крепость и обеспечили своим главным силам движение вглубь занятой СССР территории Беларуси. Фактически, после этого вся «защита Брестской крепости» – это действия немцев по добиванию советских войск и попытки отдельных групп советских войск вырваться из крепости.

Немецкие солдаты используют противотанковые пушки на территории крепости, уничтожая последние точки советского сопротивления. Фото liveinternet.ru

«Фактически всегда и везде – во время всего боя за Брестскую крепость и во всех точках битвы – штурмующие значительно (часто в десятки раз) уступали защитникам в количестве личного состава… Только после окончательной зачистки крепости 45-й дивизии стало понятно, с какой силой ей пришлось столкнуться», – пишет самый известный современный российский исследователь тех событий Ростислав Алиев.

С другой стороны, количество – не значит качество, отмечает он. Красноармейцы были шокированы неожиданной атакой хоть немногочисленных, но опытных, хорошо организованных и обученных немцев.

В результате во время штурма и зачисток во многих укреплениях, затянувшихся на дни, погибло 429 немцев и около 2000 красноармейцев. Основная часть советского гарнизона, превышавшего 10.000 человек, сдалась в плен.

Спасибо дед, что сжег комитет

К тому же среди самих советских солдат не было единства – и прежде всего не хотели воевать за Сталина как раз призванные жители Западной Беларуси. В нашем случае – это жители Бреста и Брестской области.

«Несмотря на то, что представители тех или иных советских народов могли по-разному относиться к СССР и Советской власти – про случаи каких-либо организованных выступлений с их стороны неизвестно. Исключение – так называемый приписной состав («западники»), который был призван на учебные сборы… Авторы многочисленных воспоминаний упоминают как минимум о повальной сдаче западников в плен, иногда – о схватках с защитниками, которые настаивали на продолжении обороны», – пишет Алиев.

Трофейный флаг 132 конвойного батальона НКВД – они также защищали Брестскую крепость. Интересно, что парень, стоящий слева, бывший красноармеец. Свел свои счеты с вертухаями из НКВД?

Именно из того, что призванные в Красную Армию местные жители враждебно относились к коммунистам, растут ноги рассказов о «немцах, переодевшихся в советскую форму» в советских воспоминаниях.

«Иначе нельзя было писать в «старое доброе время». Хотя люди, начинающие стрелять в Фомина [комиссар одного из советских полков] и других командиров и комиссаров, действительно носили красноармейскую форму, это были вовсе не немцы, а прежде всего бойцы приписного состава, фактически – [местные] гражданские», – пишет историк.

Учитывая советский террор в Беларуси, массовое желание предков современных жителей Бреста и окрестностей отомстить красным выглядит абсолютно логично.

Стихийное антисоветское восстание в городе

В Бресте немцы начали входить где-то в 8:30 утра 22 июня, однако не спешили занять весь город – это было не столь важно для них в начале молниеносного наступления вглубь занятой Советами территории.

Начало войны однако не привело к тому, что брестчане побежали записываться в Красную Армию. Скорее наоборот.

Жители Бреста на вторую неделю войны. Цветное фото немецкого солдатаПоведение местного населения относительно Красной Армии в большинстве враждебное. Так в Бресте оно оказывает вооруженное сопротивление, стреляет из окон, бросается камнями, цитирует российский исследователь Михаил Мельтюхов документы советских спецслужб о начале войны в Беларуси.

Из Бреста сразу начали бежать советские чиновники. По легковым машинам из винтовок и пулеметов стреляли местные повстанцы.

«Отовсюду приходят тревожные сообщения. В городе начинается хаос – неизвестные стреляют с чердаков и балконов… Банды пытаются нападать и на тех, кто выходит из города. Их интересуют не только ценности, но и надежда встретить знакомые ненавистные лица», – пишет Алиев.

Люди бросились к тюрьме НКВД и освободили оттуда своих друзей, знакомых, родственников.

Молодой Казимир Свёнтек. Фото realbrest.by

«22 июня я вышел на свободу – благодаря нападению гитлеровской армии на Советский Союз. Гитлеровцы спасли меня от расстрела чекистами. Начал служение, которое продолжал до 1944 года, когда вновь пришла советская армия. В это время гестаповцы собирались вывезти меня в лес на расстрел. Но на этот раз Советы спасли меня от смерти от рук гестапо. Я снова начал служение в Пружанах, однако через полгода из того же приходского дома КГБ снова арестовал меня, и после допросов в тюрьме в 1945 году меня осудили на 10 лет каторги в лагерях ГУЛАГа», – рассказывал кардинал Казимир Свёнтек, который 22 июня 1941 года был молодым католическим священником и узником тюрьмы НКВД в Бресте.

Подобные события происходили по всей Западной Беларуси – в Гродно, Белостоке (Сталин отдал его Польше только после войны), Вилейке, Барановичах.

Поддельная память

Ничего из того, что чувствовали и переживали 22 июня 1941 года жители Бреста и Брестской области сегодня их потомкам не показали.

Им (и нам – всем беларусам) навязывают в качестве нашей истории историю других людей – красных командиров, коммунистических функционеров и их семей, которые в подавляющем большинстве не имели ничего общего с местными жителями и Беларусью.

22 сентября 1939 года в Бресте. «Немецко-российский парад победы» – тогда коммунисты и нацисты снова делили Беларусь и еще дружили

Более того, брестчане массово считали этих коммунистов, чекистов, красных командиров своими врагами, и имели для этого все причины.

Может пришло уже время жить своей жизнью, помнить свою историю и порвать навязанную нам извне советскую ментальную матрицу?

Александр Геллгаев, belsat.eu

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Смотрите также
Комментарии